Иконоборцы

Она вгрызлась в руки сосуда, прямо через скотч и одежду, стараясь не упустить ни капли. Кажется, сначала он кричал, несомненно, от восторга, потом хрипел, явно, подбадривающе, потом затих, ясно давая понять, что та может делать с ним все, что захочет. А Вася хотела пить. И она пила – пила – пила, пока не кончились ручьи, и благодатный сосуд не опустел окончательно.

Она с сожалением оторвалась от тела и огляделась вокруг, темнота куда-то пропала, зал, где она находилась, был погружен в приятный розовый полумрак. Она поднялась на ноги и оглядела себя.

Рубашка и куртка были в грязи. Джинсы – белые от бетонной пыли. На левой руке – грязный бинт. На полу валялся труп Косого, от него неприятно попахивало страхом и смертью. Так ему и надо, все равно он ей никогда не нравился. Она со злостью пнула тело, и то неожиданно легко отлетело к стене, где и замерло в неестественной позе, как сломанная кукла.

– Во меня плющит-то, – подумала она вслух, – явно сам же мне какую-то дурь в пиво подмешал, для сговорчивости.

Ну, ничего, как отпустит – я его и по жизни так отоварю, полгода потом на свой байк не сядет!

Звук собственного голоса слегка успокоил ее, и она приступила к детальному осмотру места своего заточения.

Судя по большим металлическим воротам это был гараж. Однако никаких механизмов в нем не было. В полу, правда, нашелся достаточно большой люк, прикрытый металлической крышкой, на вид довольно тяжелой. Напомнив себе, что это сон, и она сильная, Вася откинула крышку в сторону, и  под ней обнаружилась лестница в подвал.

В подвале царил тот же мягкий полумрак, стояло несколько кресел и здоровенный сундук, запертый на огромный ржавый замок. Ух ты! Сундук с сокровищами!

Теперь-то она точно Лара Крофт! Она вцепилась в замок и как следует рванула на себя. Замок довольно легко отскочил вместе с частью петель. Гнилой он, что ли? Она откинула ужасно скрипучую крышку и заглянула внутрь. Сокровищ там правда не нашлось. Внутри оказался еще один покойник – бездыханное тело мужчины лет сорока с гаком, в светлом костюме-тройке и в очках с дорогой оправой.

Из его груди торчала коряво заостренная ножка от табуретки.

– Это еще что за черт? – задумчиво спросила она вслух.

– Его зовут Антонио, – сказал голос за ее спиной.

Она резко крутанулась на каблуках и угрожающе подняла ржавый замок, готовая метнуть его в любую минуту.

На лесенке, держась одной рукой за перильце, стоял давешний мужик в шоферской куртке и кепке.

В руке у него был небольшой кейс.