Ищейки. Часть Первая

Док привстал, вглядываясь. Перед входом на импровизированную площадь кто-то установил импровизированные ворота с натянутым полотнищем, но надписи в темноте было не разобрать. На освещенной территории сновали толпы нарядных людей, а перед всем этим теснились, привязанные к ограждению соседнего поля, верховые лошади, телеги, повозки и такие же, как у них, наемные коляски, прибывшие из столицы. 

- Я знаю! – целитель прищелкнул пальцами, резко развернулся, едва не свалившись на землю. – Я вспомнил! Той ночью, когда я нашел ваше объявление, там были афиши! Сейчас, как же это…а! Павильоны диковин и чудес мастера Тулли! 

Йон, не отрываясь, смотрел вниз.

Павильоны чудес, значит. Ну, что же. Кажется, вот оно, начало конца. 

Дерни за веревочку, мастер, дерни. Тайна и раскроется. 

***

Обширное пространство шатров и кибиток производило ошеломляющее впечатление. Городок в городке, улочки, площади, домики, все не настоящее, искусственное, яркое, бросающееся в глаза. Флажки, фонари, костры в огромных жестяных курильнях, лотки, на которых продают жареные лепешки, яблочки в карамели и мелкую рыбу во фритюре.

Разноцветные щиты с афишами, разодетые толпы гуляющих и раскрашенные лица актеров, а перед всем этим – гигантское полотно с надписью. Павильоны диковин и чудес мастера Тулли. 

Коляску они пристроили в общем ряду, но так, чтобы в нее можно было без помех запрыгнуть и уехать.

- И запомни! – мастер Рейке прихватил Эреха за плечо.- Мы с тобой репортеры «Эха Альмейры», приехали поглядеть, о чем бы написать в нашу газету.

Это чтобы не возникало сомнений, что тут делают два явно не состоящих в родстве мужика и почему они задают вопросы. Я – главный, ты – стажер. Усек, э?

Эрех кивнул.

- Смотри в оба, на рожон не лезь. Я думаю, что убийца отсюда. Севрассец в национальном костюме может затеряться только в двух местах: в воровском притоне и в цирке. Потому будь осторожен и помни, ему тебя зарезать проще, чем руки вымыть. 

После чего бросил его стоять посреди толпы и растворился в темноте.

Эрех обреченно вздохнул, нащупал в кармане флакон с перцовой настойкой и решительным шагом уверенного в себе человека направился к шатру, на котором значилось «Женщина-змея». Вход, естественно, был платным, но Эрех внутрь не стремился. Бродячие цирки и павильоны уродцев не были для него чем-то неизведанным. Где-то в промежутке между работой в тюрьме и Боятской кампанией он умудрился пару лун подрабатывать в одном таком.