Игра

Давай, лучше выберем, куда хочешь оправиться в следующий раз?» – по – своему подбадривал девушку он – «Как на счёт дикого запада полного ковбоев – зомби? Или горящего небоскрёба полного гигантских пауков? А может, хочешь чего по – современней?»

«Нет…» – пробубнила она, ведя головой из стороны в сторону.

«Эй, Бубак, как думаешь, киберпанк ещё популярен у молодежи?» – спросил он у человека в лохмотьях – «Сможем уговорить хозяина на подобную авантюру?»

«Заткнись». – велела она – «Я больше в этом не участвую.

Я помню правила. Вы ничего не можете, пока я не подпишу новый договор. Я остаюсь тут, делайте что хотите, мне плевать».

Где – то неподалёку раздался громкий треск.

«Ах, вот как…» – ответил клоун.

«Ты хоть понимаешь где ты на самом деле?» – возмутился мужчина в лохмотьях – «Это просто промежуток между жизнью и игрой, эта такая же иллюзия. Куда ты пойдешь? Уверена что хочешь остаться здесь?»

Тут на стол упал маленький, но тяжелый кусок потолка. Проломив древесину, он застрял у всех на виду.

«Ну что ж, это твоё желание. У нас связанные руки». – сказал клоун.

Девушка встала из – за стола в ожидании худшего. Пол под ногами начал трястись, потолок продолжил осыпаться мелкими частичками шпаклёвки. Она осмотрелась по сторонам и увидела на стенах огромные трещины. Люди вокруг, застыли или пали на пол обычными, дешёвыми манекенами.

«Пускай идёт куда хочет». – закончил клоун и демонстративно развёл руки – «Она взрослый человек, может выбрать сама, что для неё будет лучше.

Мы здесь бессильны».

Не слушая его, пышка лишь рыскала взглядом по потолку и старалась уберечь голову. Не теряя более ни минуты, она ринулась к выходу. Стоило ей выбраться на улицу, как всё здание мигом рухнуло.

Прохожие никак не отреагировали на обвал, никто не разбежался в страхе, никто не вызвал спасателей, проходя мимо обломков они всё ещё продолжали играть свои роли. Мир созданный лишь для неё, более не пытался скрыть своей фальши.

                                                                       ***

Вернувшись домой, она старалась продолжить жить так, как жила те три дня, прибывая в неведение.

Пусть образы близких людей были лишь куклами, она решила вести теперь свою, упёртую, нелепую игру назло своим мучителям.