Отель "Ламонт"

Вытащив из духовки что-то похожее на печенье, она, ловко орудуя лопаткой, переместила это из противня в блюдо. Помешав суп, она тоже налила себе кофе и присела за стол. Попробовав печенье, я едва не закричала от восторга. Потрясающий вкус! Госпожа-Мышь довольно покивала и блаженно заулыбалась. Разделив со мной трапезу, она уже через пять минут вернулась к своим обязанностям. Допивая чудесный напиток, я вдруг поняла, почему Анна, несмотря на свое возвышенное обличье, не смогла поселить в моем сердце доверие. Она никогда не улыбалась, но, сдается мне, даже если бы это было возможно, мы бы никогда не стали друзьями.

Тут зашла официантка (абсолютно уверена, что не та, с которой мне посчастливилось вчера побеседовать) и, увидев меня, состроила гримасу и зачем-то увела свою мать в кладовую. Я так поняла, ее сестра не смогла простить равнодушия с моей стороны и всех надоумила, что, мол, вот эта женщина общается с Кошкой на короткой ноге, и ее нужно остерегаться.

Что ж, пусть так. Все равно, после того, как отыщется дед, и носа не суну больше в отель «Ламонт».

В закусочной была целая куча народу. Мирно завтракая, кто-то делился впечатлениями от вчерашнего выступления Анны, остальные разговаривали или о погоде, планах на день и так далее и так далее. Я решила зайти в офис.

Поднимаясь по роскошной лестнице на шестой этаж, я заметила картины, развешанные то тут, то там.  На каждой из них было изображено нечто странное.

Как оказалось, они принадлежат кисти безызвестного, непризнанного художника. И этот художник-абстракционист, с ног до головы перепачканный краской, с крайне придирчивым взглядом исследовал свежий шедевр, законченный несколько минут назад. Мешки под глазами красноречиво говорили, что господин Ламонт не спал всю эту ночь. Зато был чрезвычайно доволен собой.

Обойдя стол, заваленный всякими прибамбасами для художества, я тоже решила приобщиться к искусству.

На меня смотрела странная, будто побывавшая в черной дыре, искривленная девушка. Каштановые волосы распущены и заполняют собой весь фон, сквозь них проглядывается гротескно утонченное лицо с длинным носом и тонкими, перекошенными губами. Только глаза на этом полотне вызывали доверие. Более-менее следуя анатомическим точностям, Ричард сумел придать им жизнь. По ним я и смогла определить, что это за таинственная особа. Я сама.