Последние рыцари с улицы Геологической

Яркие лучи коснулись его лица, лизнули щёки.

— Я тебя спас, видишь? И его спас. Он уже идёт, на помощь.

И через секунду не стало Гарина, уже совсем, остались только слова, повисшие в воздухе:

— Сол-неч-ные по-ло-сы…

Дипер, прикрыв чугунное лицо рукой, отступал к лестнице.

— Уйти ему не дайте, — простонал Валя. — Уйдёт же.

На площадку выскочил белый тигр. Раджахан. Увернулся ловко от удара чугунного Балбеса, зарычал, приготовился к прыжку. Белой молнией пронёсся перед глазами, прыгнул на дипера, повалил, придавил когтистой лапой.

— Полосы, — закричал Валя, — к солнцу его пихайте, он его боится!

Балбес уже поднимался, готовился дать отпор белому тигру.

Валя лихорадочно соображал. Нет. Не сдвинуть ему с места Балбеса, но если Гарик поможет…

Тот, держась за нос, понял, кивнул. Как в детстве, когда пихали друзей в сугроб.

— Эй, рожа чугунная, — запустил в него тесаком, отвлёк на мгновение.

Его хватило, чтобы Валя юркнул незаметно, между дипером и разбитым окном, в которое заглядывало солнце.

Гарик пошёл на таран. Закричал, чтобы отогнать страх, выставил руки. Но в последний момент обманул, ушёл из-под захвата, ударился в Балбеса плечом.

Хрустнуло ребро, гимнаст завопил от боли. Дипер налетел на Валю, споткнулся, словно кегля, повалился на пол, придавил мальчика ногой. Он охнул громко, затих.

— К солнцу его, скорее!

Подоспел тигр, и Гарик, и Талька. Не дали диперу опомниться, вытолкнули через окно. Тот заскользил по наклонной крыше, ухватиться за край попытался. Но куда там, спикировал вниз.

И только глухой удар возвестил, что нет больше Балбеса.

— Валя, живой?

Он простонал. Не чувствовал ног и спины, вообще ничего. Площадка кружилась, вместе с лицами друзей и солнечными зайчиками. И показалось, что кто-то большой и опасный парит над телебашней.

И в этот момент на площадку ворвались хрипуны. Десять, пятнадцать, двадцать. Замерли, точно ожидая приказа. А из угла ещё и Кир наступал.

— Всех не перебить, — слабо отозвался Гарик, — много…

Ответом ему был рёв, устрашающий и громкий.

В окно ударился огромный комок, осыпал площадку стеклянными брызгами. Сбил с ног застывших хрипунов, расправил, точно паруса, чёрные крылья. И глянул на Валю рубиновыми глазами.

Василиск.

— Лёва? – вскрикнула Талька.

Тот, бледный и лохматый, скатился со спины чудовища, в два прыжка подскочил к ребятам:

— Талька, ты здесь! И Гар! А Фантазия? Чего ты? Живой? Живой?

— Ж-живой, — прошептал Валя. Хотел улыбнуться. Не получилось.