"Патрик Леруа"

Кого вы хотите съесть? 

       - Я предпочел бы съесть гильотину, - подумав, без намека в сухом скрипучем голосе на юмор сообщил Леруа. 

       - Но ведь она настоящая! - в первый раз за все время вмешался в разговор Жан. - Её нельзя съесть. 

       - В этом то и дело, - вздохнул инспектор и, чтобы не выделяться, положил себе на десертное блюдце часть скамьи.  Выражение на лице у Сильвии он не понял, зато его сухопарая соседка  снова оживилась и конфиденциально спросила Леруа.

 

       - Я слышала, что это самое последнее парижское развлечение, верно?

 - Было последним, когда я уезжал, - скупо подтвердил Леруа. - Не ожидал встретить здесь подобное. 

- Думаете, в провинции вы всегда обречены на второй сорт? - обиженно уточнила дама. 

- Вовсе нет, - поспешно отказался Леруа, глядя на Сильвию с Шарлем. 

Что ж, кажется, сегодня он получил доказательства тому, что Шарль не стал бы подвергать жизнь своей сестры опасности; доказательства, может, не слишком веские для беспристрастного наблюдателя, но лично для Леруа более чем удовлетворительные.

 

       Леруа ещё раз оглядел стол. Гости, старательно копировали хозяйку, они с неподдельным удовольствием и весьма оживленно разделывались с десертом. А господин инспектор внезапно вспомнил сказки, которые любил в подпитии рассказывать одноглазый баварец, бывший за повара в их роте.

Теперь в замке Синей бороды весело пировали выросшие Гензель и Гретель.

       

Глава 3. Ради кого?

       В комнату, которую он привык называть своей, Леруа попал уже глубоко за полночь, и, не раздеваясь, сразу лег. Он вспоминал события прошедшего дня, старательно удерживаясь от того, чтобы провалиться в сон. Лучшим средством от этого для Леруа были размышления.

       Он вспоминал злорадную речь Мальво, вспоминал серьёзность, с которой Шарль перехватил руку Сильвии, оберегея её даже от намека на самую пустячную опасность…нет, брат не стал бы так рисковать жизнью сестры.

Погоня была настоящей, Арно обезумел и хотел убить свою жену… а Сильвии просто повезло, как все и говорили. Да, из того, что он успел узнать, оставались неувязки и несостыковки, те же книги, например… но когда это жизнь обязана была быть полностью логичной? Леруа, как истый логик, понимал это даже лучше других.