Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #3

Юрий повёл себя словно тряпичная кукла, которую энергичный ребёнок запульнул в ящик с игрушками — только разомкнулась держащая его рука — ноги у него подогнулись, руки нелепо взмахнули, и он всем организмом рухнул прямо на Серёгу. Тот лишь хекнул от навалившейся тяжести.

— Ясно, — коротко резюмировал главный. — Беглого — в карцер. Сообщника — ко мне.

Недовольно поморщившись, чернокурточник стащил Юру с бывшего инспектора; рывком вздёрнул его на ноги; выматерился, поняв, что тот сам пока не ходок, а после без лишних разговоров поволок безвольное тело куда-то в снегопад.

Дышать Иванову стало полегче.

— Вставай, чего разлёгся, — недружелюбно приказал здешний начальник и для доходчивости неожиданно сильно пнул лежащего в бок.

Пришлось подчиняться.

Едва Сергей распрямился, кривясь от боли в ушибленной спине, как ему снова заломили руки за спину, наградили ещё одним тычком под рёбра и потащили вслед за главным, уже идущим к небольшому двухэтажному зданию, стоящему в каких-то десяти метрах и больше всего напоминавшего штаб или контору автобазы.

Пока вели, бывшему инспектору удалось немного осмотреться: сквозь ставший уже довольно густым снегопад взгляд успел выхватить кусок ворот с домиком КПП, в котором через окно виднелся экран работающего телевизора или монитора, отъезжающую вглубь территории ГАЗель, поддоны с чем-то невысоким и скрытым под белыми шапками сугробов.

Во множестве, в несколько рядов, повсюду стояли бетонные кольца и блоки, оставляя пустым лишь неширокий проезд и площадку при выезде за территорию.

Тесновато здесь было, одним словом. Казалось — всё свободное пространство используется максимально эффективно, чтобы ни одного квадратного сантиметра не простаивало без дела. Однако имелись и нюансы: максимальная высота поддона не превышала полтора метра и ни одно изделие не стояло впритык к стене или забору, оставляя зазор метра в полтора — два.

И захочешь, наружу с них не перепрыгнешь, да ещё и через колючку. Продуманные тут товарищи обосновались. И запасливые. Вон сколько готовой продукции к весне наделать успели — складывать уже некуда.

«Однако с размахом, — подумалось Иванову. — Нагло. Никого не боятся.