Пастухи призраков. Лена

Лид, у тебя нет складной клетки? Честное слово, папе не скажу.

На Лидином лице застыло доброжелательное выражение цирковой кошки, бегущей по канату кверху задом.

– Если в твоём черепе когда-нибудь имелось образование в форме мозга, то за ненадобностью оно давно превратилось в творог.

Рома улыбнулся ещё шире.

– Не надо стесняться внутренних потребностей, ты же психолог. А ещё есть специальные скамьи для фиксации. Ведь ты не собираешься сорваться с привязи и всех нас перекусать? Ни фига себе! Тётя Лена, ты где научилась таким узлам? В магазине тренинги проводят? Повышаете качество обслуживания?

– Ром, за… – Лена осеклась.

Испуганно на неё покосившись, Рома притих, но его настроение оказалось заразным.

– Что теперь? – спросила Лена, разминая пальцы. – Начертать мелом круг и зажечь три чёрные свечки из жира чёрного кота?

– Включи телевизор, – Лида мотнула головой в сторону стеллажа.

Под восточной тканью скрывался немаленький и очень плоский экран. Рома мерзко присвистнул.

– Мы собираемся баловаться торсионными лучами? – пугливый взгляд в сторону Лены. – Что же ты такое смотришь, Лида? Чего-нибудь ужасно гадкое. И ты нам это сейчас покажешь? Правда-правда?

– Ещё слово, и я заткну тебе пасть носками, – обещала Лена. – Твоими собственными. Ты их когда менял?

Лида слабо улыбнулась.

– Намного гуманней сунуть ему голову в пакет и проскотчевать. Пожалуйста, не выключай ящик, пока не выудишь из Анны всё, что она знает о твари.

Похоже, в телевизоре не хватало антенны.

– По-моему, он сломан или к антенне не подключён… Лид?!

Лида провисла на верёвках, волосы закрывали лицо, что, вероятно, было к лучшему. Кровь капала на колени нерешительно, точно из крана, не успевшего вполне освоить искусство протекания.

– Мысль с кругом была неплоха, – пробормотал Рома, отодвигаясь от кресла. 

– Анна? – позвала Лена.

– В подполе он, в сенцах, – сообщил знакомый беззубый голос.

Лена присела на корточки, вслушиваясь в слова, долетавшие, судя по качеству звука, из того самого подполья.

– Кто? – шепнула она.

– Да кто? Серый. Я схоронила. Изба погорела, клети тож, а банька цела. Там серый. Забери, не то будет жрать, кто нашего семейства, пока всех не переведёт.

– Ан… бабушка Анна, какая банька! Восемьдесят лет прошло, на месте деревни поле. Предлагаешь перекопать в поисках костных останков?

– Чегой-то копать? Не понимаю я тебя.

– Ну, дохлого волка.