Пастухи призраков. Лена

Ладно, Лена говорила, что Настя – ветеринар.

– Не собакой, а тем, кого он замещал, – фыркнула Вика, – Собака – просто символ, скорей всего кого-то из Лениных родственников. Таких накладок при мне не случалось, завтра Лидии Валентиновне расскажу.

Рома вздрогнул. 

– Видишь ли, у Лены своеобразные родственники, не хотел бы я, чтоб кто-то из них увлёк меня в ночную тьму. Помнишь, что творилось за гаражами? Такие звуки я слышал в одной жёсткой японской порнушке про новогодний корпоратив. Не смотрела? Где секретаршу использовали как подставку к ёлке?

Сидевшая на столешнице Вика скрестила ноги.

Роме показалось, что игуана на её правом бедре дёрнула спинкой – очень чёрная чешуйчатая игуана на очень белой коже. 

***

Адиль не пил. Алкоголь делал его болтливым, что недостойно мужчины, после чего делал его агрессивным, что нехорошо, тем более для человека, много лет занимавшегося вольной борьбой. Ворочаясь на диване в приёмной, он пытался выгнать из памяти воспоминания о том, как сбился с тропинки, увяз и не смог подняться.

Холодно не было, скорей жарко от самогона и долгого барахтанья в снегу. Засыпая, Татьяна смотрела на горящие окна собственной избы и пьяно посмеивалась. Хоть теперь отдохнёт, уработалась, за семерых лямку тянула. Выпростав из снега кукиш, показала избе: «Выкуси!». Бабка Анна тоже вот в снегу померла, ну да чего уж, знать и Татьяне судьба. От избы отделилась тень, подкатила на неслышных лапах, навалилась, сжимая затылок.

Адиль умылся холодной водой из-под крана.

Нанялся охранником – значит, ты охранник, и никакие другие дела тебя не касаются. Завтра он скажет это Лидии Валентиновне. Адиль некстати вспомнил свою учительницу русского языка, Татьяну Васильевну. Нет, Николаевну. Татьяна Николаевна, так звали учительницу, да. 

***

Ван Юн укоризненно качал головой, напомнив Лене трофейную куклу-болванчика, кокнутую недавно Нюсей.

– Без девочки вам не надо приходить.

– Ты сколько в Москве живёшь? – проворчала Лена. – Стала б я сюда лезть, если б ты выучил по-русски хоть что-то кроме «хозяина нета»! 

Содержимое головы норовило растечься, и части тела вслед за ним.

Лена чувствовала себя лужей в пакете и изо всех сил старалась не колыхаться. Однако соображала она достаточно, чтобы обратить внимание на произошедшую в китайце перемену: сейчас он выглядел как во время набега на рынок популярного выездного шоу с дубинками и в масках.

– Ты не говорил, что я непременно должна запастись Нюсей для визитов.