Пастухи призраков. Лена

– Он и раньше уезжал, это нормально.

– Деда, когда вернёшься, мы снова пойдём гулять, хорошо?

– Удивительно разумный взгляд на мир, – прокомментировал Иннокентий в голове у Лены. – Поцелуй Нюсю в щёчку.

Лена так и поступила. 

– Это от деда, – сказала она. – Теперь иди, полови, блин, что ли рыбу, нам с дедушкой надо попрощаться. 

– Мам, ты точно не… – насупился ребёнок.

– Нюсь, ты сама дёргала шнурок, никуда я не упаду, иди давай!

Девочка растворилась в пересечении зелёных струй, а прежняя Лена вырвалась на волю.

– Не уходи, пап! Я не хочу, чтобы ты…. У меня от таких вещей крыша едет!

– Этому нетрудно помочь, – злобно ухмыльнулась Лена новая и сунула руку волку в пасть почти по локоть. Зверь облизал её, примериваясь, укусил. Когда Лена забрала руку, из волчьей пасти свисало нечто вроде бальной перчатки (желеобразной), и было с чмоканьем всосано внутрь.

– Всегда мечтал понаблюдать процесс кормления собой голодных духов, – хмыкнул Иннокентий. – Как я вижу, твоё альтер эго водворилось у руля? Мне нравится результат.

Теперь выполни… небольшую просьбу: возьми к себе ворона. У господина Ван Юна он не прижился. Возможно, кровное родство действительно имеет значение.

Лена устроилась амазонкой на волчьей спине и нашарила в пустоте длинную сигарету. К сожалению, вместо ведра с попкорном материализовалась ерунда, которую пришлось незаметно счищать с колен всю оставшуюся часть разговора.

– Я знаю, давать объяснения не в твоих правилах, – сказала она, чопорно сложив губы, – но на этот раз придётся.

 

***

Холодный кисель отцовского смятения затопил Лену изнутри.

– Папа, извини, не мог бы ты из меня… всё же вылезти, короче?

– Прости, но тогда у нас не получится разговаривать. Постараюсь сдерживать эмоции. Я мог бы считаться редчайшим представителем человечества, свободным от фобий, если б не сотериофобия. До сих пор я самостоятельно справлялся с проблемами, но сейчас вынужден просить тебя попытаться продлить жизнь ворону.

Без него я, пользуясь твоей терминологией, рассосусь на запчасти, а я как раз начинаю входить во вкус данного… способа существования. Ещё раз покорнейше прошу… 

– Прекрати! – рявкнула Лена. – Просто скажи, зачем ты пустился в идиотскую авантюру с мазью?

Иннокентий мягко обволок её сознание, точно поглаживая (Лена непременно бы замурлыкала, если б умела).

– Моя жизнь и есть идиотская авантюра, дочь моя.