Сквозь реальность

- А сам ты уже давно сидишь в комнате с мягкими стенами, в удобной рубашке без пуговиц, но зато с очень длинными рукавами, и слюни пускаешь, - подхватил Герман, - Или в аварию попал, помираешь, и это всё растянутые предсмертные видения твоего мозга. Хотя нет, это всё банальщина, предлагаю другую версию: В комнате с мягкими стенами и в смирительной рубашке сидит какой-нибудь лупоглазый, членистоногий мухожук, а мы все ему только чудимся в его видениях. Потому мир и устроен таким безумным образом, но жаловаться не стоит, потому как, если этот мухожук, допустим, вылечится и очнётся от грёз, то…

- Вы сами-то вещества не начали принимать? – с подозрением поинтересовался Андрей.

- Подколол-подколол, - рассмеялся Герман, - На самом деле все эти вопросы, вроде «а не чудится ли мне», «а не чудюсь ли я сам», мне в голову приходили, как и тебе. В итоге я над этим думать бросил, потому как если слишком сильно на эту тему заморачиваться, можно действительно закончить в помещении с мягкими стенами. Учитывая специфику ремесла, мне особенно важно сохранять критичность мышления, двигаясь сквозь реальность, важно уметь вернуться назад.

Посмотрев в указанном направлении, Андрей увидел вдали две группы всадников в остроконечных шапках, ожесточённо сражавшихся друг с другом. Основным их оружием, насколько он мог видеть, были луки, из которых они ухитрялись обстреливать друг друга, одновременно управляя лошадьми. То тут, то там один из всадников падал наземь, а двое, столкнувшись друг с другом, рухнули с лошадей и продолжили бой уже на земле, выхватив то ли короткие мечи, то ли длинные кинжалы.

- Иван, а это какой знак, добрый, или не очень? – крикнул Герман.

- Не знаю, - Иван еле взглянул на происходящее, - Это здесь случается иногда.

- Вот только что-то слишком часто, - пробормотал Герман, с сомнением глядя на воинов, которые продолжали свою битву, не обращая на путников никакого внимания.

- Мы не вмешаемся? – одна из групп явно терпела поражение, и воины из второй уже неторопливо и как-то методично дорезали раненых, невзирая на то, что некоторые из них явно молили о пощаде.

- Ты иv про женевскую конвенцию рассказать собрался? – Герман невесело хмыкнул, - Я уже говорил, что этот мир пару-тройку тысячелетий назад был довольно жестоким, а местами так и жутким местом. А вмешаться конечно можно, в итоге правда кончится скорее всего тем, что ты умрёшь и в лучшем случае исчезнешь.