Сквозь реальность

Решив скрасить ожидание, Андрей заехал в ближайшее кафе, настроившись на неторопливые посиделки, однако звонок раздался куда быстрее обещанных двух часов.

- Записывай, - Костя не тратил время на вступление, - Двадцать третья улица, дом пять, квартира девятнадцать. А что нашёл свою зазнобу?

- Да так, - неопределённо отозвался Андрей, - Пока не знаю, вот возможно там и найду.

- Хах, ну надеюсь не в чужой койке, - чем-чем, а тактичностью Костя никогда не отличался, - Ну бывай, сильно там не буйствуй, если что.

- Как скажешь, - Андрей положил трубку обратно в карман, - Ну что ж, поглядим, что там за восторженный.

Глава 7

Восторженный искатель загадок и мистики жил во вполне приземлённой пятиэтажной хрущёвке, как две капли воды похожей на десятки таких же  коробок, построенных в Светломысске ещё во времена советской власти и с тех пор выработавших все сроки эксплуатации. Двор был под стать зданию: гаражи, редкие деревья, лавочки перед подъездами, да детская площадка с одинокой горкой,  парой лесенок и несколькими лавочками, на которых совсем не наблюдалось ни детей, ни мам с колясками, зато, несмотря на весьма нежаркую погоду, уже расположилось несколько характерного вида мужичков, прихлёбывающих что-то горячительное из спрятанных в пакеты ёмкостей.

Окинув взглядом двор, Андрей даже засомневался, стоит ли оставлять здесь машину, но затем, решив, что он здесь в любом случае едва ли задержится надолго, всё же припарковался на свободном месте, надеясь, что за время его визита к Виктору никто не успеет в неё залезть, или проколоть колёса в приступе классовой неприязни. Заглушив мотор, он вылез из машины и двинулся к подъезду, чувствуя на себе любопытные взгляды пьянчуг.

- "Самое место для оккультиста Светломысского разлива", - пробормотал Андрей, чувствуя себя крайне неуютно, - "Вон явно тоже колдуны сознание себе расширяют".

Домофона на подъезде не было и открыв дверь, Андрей ощутил букет ароматов из канализации, мочи, табачного дыма и чего-то совсем уж трудноидентифицируемого.

Поморщившись, он двинулся по лестнице вверх, отсчитывая номера квартир, хрущёвка обладала стандартной планировкой, так что искомая девятнадцатая  обнаружилась на самом последнем, пятом этаже, выделяясь добротной дубовой дверью неприкаянно торчащей посреди стен с облупившейся краской, разрисованных творениями местных алкохудожников и всем известными словами русской речи из трёх, пяти и более букв.