Пантеон

Воплощенный Хаос, собранный в плотную сферу, готовый сорваться с ее руки в единое мгновение, превратив идиллию в пылающий ад…

      И имя ему…

      — Мегидо, — ее губы сами прошептали это имя. Она словно бы знала его. Знала, но забыла, и теперь воспоминания медленно всплывали в ее голове.

     Она зачарованно смотрела на мерно пульсирующую в такт биению ее сердца энергию.

      И одновременно с этим она ощущала себя балансирующей на канате посреди пропасти.

      Одно желание. Один посыл. Одно решение.

      Что решит все.

      … Никто не знает, как повернулось бы колесо истории, и к каким последствиям это бы привело, если бы Джессика Ямада вошла в эту палату на десяток секунд позже.

***

      Эмили Пиггот

      Эмили задним числом оформляла для Оружейника и Дракон ордера на обыск в домах участниц инцидента в «Уинслоу». Полиция не особо горела желанием содействовать СКП, не желая заново открывать уже закрытое дело.

Но Эмили удалось надавить на шефа полиции, пообщавшись с мэром Роем. Но даже так детективы не особо горели желанием помогать, а потому Пиггот пришлось идти на рисковые, с точки зрения закона, меры.

      Обыски Оружейник провел еще вчера до брифинга, но у нее совершенно не было времени для того, чтобы нормально подписать ордера, так что приходилось тратить на это время сейчас, потому как иначе ее ждут неминуемые проблемы.

Впрочем, проблемы ее ждут в любом случае, и от ее действий и действий ее подчиненных сейчас зависит, насколько большими будут последствия, когда вся эта история выплывет наружу.

      Поставив последнюю подпись, Эмили отложила в сторону стопку бумаги, поднимая взгляд на экран компьютера. Два часа дня. Немногим больше двенадцати часов до того, как придется отправлять ежемесячный отчет по делам в СКП. Конференция директоров состоится в восемь утра.

А после этого…

      Что же, Пиггот была в Эллисбурге. Что бы ни произошло — вряд ли это будет сильно страшнее произошедшего там. Хотя твари Нилбога были ничем по сравнению с отдельными канцелярскими крысами, с которыми ей приходилось встречаться.

      — Черт бы побрал эту дуру Хесс, — прошипела себе под нос Эмили, внутренне костеря себя за неосмотрительность в выборе куратора.