Адовы (*60 иллюстраций)

– заявил отец следом, изрядно повеселев. – Удачная сделка, что не говори!

– Надо будет занести в подвал немного сыра! – тут же добавила крыска. – Приобретёт пикантные нотки. Кто не любит сыр? Все любят сыр. Я же и говорю – сыр наше всё!

– Оспа, довольно о сыре, – сказал Даймон. – Я пытаюсь понять где люди тут приносят свои жертвоприношения.

Оспа думал недолго:

– Очевидно же, что в подвале! Гляди, какой пар валит.

«Оспой» крысёныша назвали за неотвратимость действия. Если чего-то удумал, то отговорить сложно.

Как некогда оспу, что косила ряды людей своей настойчивостью, оставляя после городов деревни, а от деревень – лишь названия.

Покачивая объёмными бёдрами, к мальчику приблизилась мать семейства. Дойти до истинного образа вамп ей мешали десятков килограмм, в основном отложившихся на бёдрах. Но Блоди предпочитала считать себя «вамп-плюс» и совсем не переживала по этому поводу. Конкуренция для неё закончилась едва вышла из клана вампиров. Хотели они того или нет, после встречи с Михаэлем её не особо волновал внешний вид.

Оборотень сам стал для неё новым миром, пел ей дифирамбы. И прекрасней женщины в них не существовало. А если так, то при чём тут внешний вид? Монстры любят за внутреннюю суть, в отличие от людей.

– Не расстраивай отца, мучитель души моей, – ответила сыну мать, как и все, игнорируя крыску до той поры, пока от неё что-то не требовалось. – Он всё-таки продал нас в рабство на двадцать лет ради этой квартиры.

Даймон улыбнулся:

– Более удачной сделки я себе не представляю.

Столько мучений на наши головы и нарочно не придумаешь. Но почему люди приносят жертвоприношения под своим жилищем?

– Для тех, кто сам живёт как жертва, особой разницы нет, – ответила Блоди и втянула в себя запах сырости. На лице обозначилась едва уловимая улыбка, обнажились острые клыки. Но вот беда, если раньше клыками были почти все зубы, то в последнее время многие из них меняли квалификацию на резцы и коренные.

Всё из-за смены рациона.

– Пукс, домой! – крикнула она псу.

Пудель подбежал на зов хозяйки и все пошли к новому дому следом за отцом.

Подъезд встретил Адовых неработающей лампочкой и затхлым запахом. Из приоткрытой дверцы, ведущей вниз, исходил загадочный туман.

– Прекрасный в своём зловонии, – оскалился Даймон. Он манил его первозданной тьмой. Демонёнок просто не мог пройти мимо входа в подземелье. Он остановился и вгляделся в белесую дымку, чувствуя родную ему стихию мрака и жары.