Встреча

Машенька посвящала мне много времени, особенно с того момента, как я освободился по субботам. Устраивая мне экскурсии по храму, она подробно рассказывала про каждую висевшую икону и святого, изображенного на ней, разъясняла, что за чем идет на службе, учила всем правилам поведения и тому, как что называется. Казалось, ее целью было сделать меня ярым христианином, чему я, в общем-то, не особо сопротивлялся.

Про своего Ангела-Хранителя я, честно говоря, вспоминал гораздо реже, чем, наверное, следовало бы: тяжело постоянно держать в голове того, кого не видишь.

– Скажи, а ты только Светозара видишь, или всех вообще? – поинтересовался я как-то раз по дороге в церковь.

– Нет, только нашего.

– А он какой? Крылатый?

– Я не разбираю... Он светлый очень.

– А у них там как на небе все устроено?

Помолчав и, видимо, выслушав ответ, Славушка передал мне:

– Говорит, когда умрешь, увидишь.

– М-да, – коротко сказал я.

***

Нынешнее поведение подопечного сильно нравилось Светозару. Единственное, что немного досаждало, – приходилось всякий раз отбиваться от назойливых попыток Вячеслава влезть туда, куда человеку влезать не стоит.

– А можешь у него спросить, – продолжил тот после минутного раздумия, – какова цель жизни?

– Через тщательное исполнение Заповедей придти к Богу, тебе же Маша говорила, – терпеливо сказал Ангел.

– А если не исполню?

«Бедный Ребенок, он ж его замучает...»

– Тогда – каяться, и Господь простит.

– А мы одни во Вселенной? Есть ли жизнь на других планетах?

– Тебе это знать ни к чему.

– А про Атлантиду – правда?

– Еще бы про пирамиды спросил... Оракула тут нашел.

– А пирамиды...

– Все!

Но Лисицын, видимо, понял так, будто это уставший Славик сам от себя сказал.

– Да ладно тебе, Слав, жалко, что ль? Ты маленький, тебя это все не волнует. А мне-то каково, представь!

– Какое же блаженство иметь с вами дело, пока вы маленькие, – вздохнул Светозар. – Ни до чего не докапываетесь, а здесь же неостановочный фонтан...

– Ему это все передать? – учтиво осведомился Славик.

– Пожалуй, не надо, обидится еще.