Орден геноцида

С обычным оружием пройти нельзя, «шарманки» на входе подавляют внутреннюю магию, а за берендейку с Прахом или порохом пинка могли дать сходу вместо приветствия. Вот и придумывали всякие хитрости... Например, в папиросы порох закладывали. Сверху немного табака, так что даже можно подкурить...

Дядя, собственно, это и продемонстрировал, запалив папиросу высеченной из пальцев искрой. Затянулся, поморщился, отставил руку в сторону...

Вспышка!

Огонь добрался до пороха и воспламенил его, но Райнхард почти сразу же перевёл энергию горения в обычную магическую.

Сияние обволокло руку мага, но быстро погасло, втянутое поглощающими кольцами.

- Ух ты! – восхитилась Хильда. – Надо тоже такой портсигар завести!

- Увижу тебя с папиросой – пожалеешь, - тон дяди был настолько добр, что даже блондинка поёжилась. – Очень, очень сильно пожалеешь...

- А оно если так полыхнёт, то пару пальцев не оторвёт? – опасливо поинтересовалась Вилли.

- Если без подготовки, то запросто отор... Кхм! - кашлянул Райнхард, бросая опустевшую папиросную гильзу в костёр.

– Не должно. Но сами лучше не пробуйте такие штуки делать. Да вам и незачем, в общем-то... Ладно, уже поздно – спать пора. Кто желает дежурить первым?

- Мина пусть первой идёт, - сказала Хильда, укладываясь на покрывало, закутываясь в плащ и накладывая на себя чары сохранения тепла. – Я или Курт после неё.

- Давай я.

- Добро, - кивнула Хильда. – Тогда - всем спокойной ночи.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и улеглись вокруг костра.

Дяде, как самому сильному и тренированному, доставалась последняя вахта – собачья, перед самым рассветом.

Я лёг на застеленный покрывалом валежник, наложил на себя согревающие чары и укрылся плащом, но сон не шёл, и поэтому я просто пялился в ночное небо.

Рядом ворочалась Хильда, чуть поодаль в обнимку с винтовкой дремал Райнхард, привалившись спиной к стволу дерева. Вилли принялась что-то тихонько мурлыкать себе под нос, вырезая очередную фигурку из дерева.

Сон не шёл.

Я вытащил руки из-под плаща и заложил их под голову, продолжая смотреть в безоблачное ночное небо, считая звёзды. Небо пересёк одинокий метеор и...

Мир моргнул и выгорел.

Я лежу на спине, глядя в ночное небо.

Но в небе не видно звёзд – видеть их мешает застилающий всё дым.

Дым пахнет фосфором и термитом. Пеплом и палёным мясом.

Я слышу крики людей и канонаду боя. Лицо опаляет жар.

В небе не видно звёзд от зарева пожаров, полыхающих вокруг.