Гном. Часть 3

Сотни! А о том, что это еще и десятки, сотни миллионов в твердой валюте, – как минимум, на мелкие расходы и только в ближайшей перспективе, – он в увлечении своем даже не думал. Не старался не думать, а действительно не думал, потому что успел отвыкнуть вовсе. Настолько, что мысли эти даже и не всплывали на поверхность со своей недостижимой глубины.

Зря, между прочим. Времена менялись, и в тех беседах, которые он планировал провести с целым рядом высокопоставленных лица, это могло оказаться нелишним аргументом.

– Мадам, мы прекрасно понимаем, что ваша профессия носит, так сказать, несколько иной характер, и наше предложение могло вас смутить. Но дело в том, что нам вас порекомендовали в качестве лучшего специалиста. Самого лучшего. И поэтому, временно, год-два, пока модный бизнес будет находиться в упадке, не согласились бы вы помочь нам? Речь идет о чисто консультативной помощи, а мы, со своей стороны, постараемся, чтобы оплата вас удовлетворила… Давай переводи, ты что там, заснул, сука?

– Молодой человек, в приюте, где я провела два незабываемых года, были приняты более простые и ясные формулировки.

Итак: что вам угодно?

– Мы планируем производить значительные объемы готовой одежды и белья. Речь идет о повседневной и рабочей одежде, предназначенной на удовлетворение самых первоочередных нужд в послевоенной Европе. В России, разумеется, тоже, но нам необходима ваша консультация, чтобы изделия не выглядели слишком уродливыми именно на глаз европейца. Пока суть да дело, мы можем неплохо заработать и дать работу многим и многим.

– Я поняла. Но вы, – кивнула Габриэль переводчику, – лучше все-таки переведите. Я, оказывается, подзабыла русскую речь. Но услышать слово «сука» после перерыва в пятнадцать лет, право же, – восхитительно. Оно напоминает о молодости, даже будучи обращено не ко мне.

Собеседник ее покраснел, а она продолжила.

– Я, действительно, никогда не занималась готовым платьем и, тем более, комплектами готового платья для провинции.

Но, пока я вас слушала, у меня возникли две-три идеи, и теперь я думаю, что это может быть интересно. При всей моей любви к деньгам, это для меня, в конце концов, самое главное. Тем более, что соотечественники не желают видеть меня в моей собственной стране. Меня обвинили в сотрудничестве с наци, а я сотрудничала только с одним. Согласитесь, что это несколько разные вещи, но мне, тем не менее, грозила отправка на Острова, если не гильотина.