Избранная Океаном. Книга первая

Я, кивнув на прощанье Шаоле, последовал за ними. В дверях мы столкнулись, и я, галантно отступив, пропустил подозрительную парочку вперед. Анхонг окинул меня презрительным взглядом и, буркнув что-то неодобрительное, отвернулся, чем я незамедлительно воспользовался, прикрепив заклятье-маячок к хлестнувшей меня косе. Сохраняя невозмутимость, я активировал свое детище и, убедившись, что цель ничего не заподозрила, позволил себе расслабиться.

Мила ждала меня за нашим столиком. Официант давно убрал наши тарелки, оставив лишь бокалы с темным вином и десерт.

— Очередной приступ благородства и сострадания? — с едва уловимой издевкой поинтересовалась эльфийка, когда я сел напротив.

Я пожал плечами. Пусть понимает как хочет, отчитываться и объясняться я не обязан. И уж тем более я не собирался посвящать ее в истинную причину моих поступков.

— Заполучить себе личную Пур’Триз довольно соблазнительно, — я позволил себе мечтательно прикрыть глаза. — А если брать во внимание ее юный возраст, то можно воспитать из девочки не только артистку, но и неплохую шпионку.

Кто заподозрит невинное создание, посвятившее себя музыке, в шпионаже?

Мила жестко усмехнулась, оценив перспективу. Может, я зря ей проболтался, но лучше посеять так похожее на правду заблуждение, чем вызвать лишние подозрения и позволить ей докопаться до истины. Тем более, на Шаолу я действительно имел определенные планы, пусть на данный момент это и не имело первостепенного значения.

— Надеюсь, что дело не в том, что ты решил найти себе любовницу помоложе, — промурлыкала Миланиэль, окидывая меня многозначительным взглядом. — Я, знаешь ли, особа ревнивая.

Я лишь улыбнулся и отсалютовал ей полупустым бокалом с вином. День определенно удался.

Глава 19

— Мне кажется, я скоро сдохну, — простонала я, падая на скамейку плашмя.

Когда-то я считала, что вступительные испытания при поступлении — это худшее, что может произойти в жизни, но с приходом первой сессии осознала, насколько заблуждалась.

Пять дней зачетов по многоуровневым дисциплинам, затем без передышки десятидневный марафон теоретических и практических экзаменов. За полторы декады из кадетов вынимают душу, заставляя проклясть все в океане и возненавидеть политику, дипломатию и этикет до конца своих дней. Некоторые, не выдерживая давления, ломаются и отчисляются, не дожидаясь результатов.