Избранная Океаном. Книга первая

Конечно, юная хонга в пылу ссоры с возлюбленным способна на многие глупости, — я от возмущения аж поперхнулась, но оставила протесты против возведения Лиона в ранг возлюбленного при себе, — но пройти сквозь оградительный барьер, способный выдержать прямое столкновение с автомобилем, без посторонней «помощи» ей не по силам.

Магистр Лаван задумчиво побарабанил пальцами по столу. Его можно понять — ситуация сложилась, мягко говоря, нештатная, и в уставе точно не найдется подходящей инструкции. А значит, нужно действовать по обстоятельствам.

Вот только эти самые обстоятельства вводят в ступор, и даже ректору, опытному дипломату и политику, непросто придумать, что делать дальше.

— Думаешь, это не последняя попытка? — наконец, прервал он затянувшуюся паузу.

Рейв пожал плечами:

— Я в этом уверен.

— А как он вообще узнал, что в первый раз у него не получилось? — вмешалась я.

Оба магистра посмотрели на меня так, что я мгновенно пожалела о своем вопросе. Они словно только сейчас вспомнили, что я по-прежнему в комнате и слышу все, о чем они говорят.

Я даже засомневалась, а не пропустила ли я приказ выйти из кабинета. Вроде бы ничего подобного магистр Лаван не говорил, а значит, меня все это время принимали за предмет интерьера. Как мило.

Но отступать было некуда, тем более что от этого зависела моя жизнь. Я хочу понимать, что именно мне угрожает и как от этого защищаться.

— Этот ребенок порой задает чересчур правильные вопросы, — пробормотал вдруг Рейв, и мне почудилось в его тоне смущение.

— И как я упустил этот момент из виду?

— Я тоже об этом не подумал, — с досадой признал магистр Лаван.

Теперь пришла моя очередь сидеть с ошарашенным видом. То есть, мудрые и опытные магистры допустили промашку, а девчонка-первокурсница заметила и ткнула в нее пальцем? Да уж, прикинулась наивной дурочкой, Альмит.

Рейв устало потер переносицу. Только сейчас я обратила внимание на то, что его внешний вид далек от идеального. Усталость на лице вампира отпечаталась не так, как у хонгов, — его золотистая кожа словно выцвела, под глазами залегли синеватые тени, уплотняющиеся к внутренним уголкам глаз, а между бровей залегла глубокая складка, не исчезавшая даже тогда, когда Рейв переставал хмуриться.

Похоже, он всю ночь не спал, размышляя над моей проблемой, крутил ее и так, и этак, пытаясь разобраться, как мне помочь, в то время как я сладко сопела в кровати и ни о чем не подозревала. Надо будет потом поблагодарить его.