Избранная Океаном. Книга первая

 

— Знаешь, что-то мне подсказывает, что действуют те же анхонги, что и полвека назад, — я все же рискнул поделиться своими опасениями с вампиром. — Нору они ликвидировали, вынудив отказаться от магии и навсегда поселиться в Хонгане, но решение Альмит стать дипломатом снова рушит их планы. Поймать их за руку опять не получилось, и это злит, но я сомневаюсь, что они так просто отступят.

Рейв сразу понял, к чему я клоню. Удивленно изогнув брови, он поинтересовался:

— Она тебе приглянулась?

Я неопределенно пожал плечами.

Понравилась ли мне эта хонга? Не уверен. Заинтересовала? Да, определенно. Проблемы, которые придут вместе с ней, мне не по душе, но любопытство, пожалуй, сильнее.

— Взяв ее под свою опеку, я смогу добиться сразу нескольких целей, — я решил пока не выдавать свой интерес, прикрывшись банальной логикой. — Во-первых, если я прав, и проклятье наложили те, кто сумел ускользнуть от меня пятьдесят лет назад, то шансы их вычислить значительно возрастут. Во-вторых, я все равно собирался принять в Союз хонга, по твоей, кстати, инициативе.

Ты же догадался включить Альмит в свой эксперимент? — Утвердительный кивок. — Если я сам буду контролировать ее обучение, то это позволит уменьшить количество недовольных. В-третьих, девочка уже втянута в наши интриги, хочет она того или нет. Если оставить ее без защиты, то она не протянет и года, будучи используемой всеми вокруг. Довольно неприглядное будущее, особенно после всех вложенных в нее сил. И в-четвертых, она внучка Норы. Сложно упустить такой шанс щелкнуть ее по носу.

Рейв внимательно выслушал меня, чуть прищурив глаза. По его лицу невозможно было понять, верит он мне или нет, а ментальные щиты были слишком безупречны, чтобы прочитать его мысли или хотя бы ауру незаметно.

— Она тебя заинтересовала, — наконец, изрек он, не спрашивая, а просто констатируя факт. — Любопытный ребенок, из которого можно слепить кого угодно, если хватит опыта и умений, чего у тебя в достатке. Похоже, ты скоро совсем свихнешься от скуки, раз в тебе просыпается желание кого-то воспитывать.

— Если во мне что и просыпается, так это желание убить одного излишне проницательного вампира, — раздосадовано заметил я, но отрицать его слова не стал. — Думаешь, мне не стоит вмешиваться?

Рейв улыбнулся — так, как умеет, пожалуй, только он: с пониманием, сочувствием и легкой усмешкой.

— Я этого не говорил, — он отправил окурок в пепельницу и лениво потянулся. — Я согласен со всеми твоими доводами, кроме, разве что, последнего.