Погрешности Создания Мира

- Ты представить себе не можешь, как он уже утомлён, – взвыл Макс, – как же это ужасно – быть Вами! Ни единой капли чувств, ни одного зачатка эмоции, только логика, информация и сухая констатация…

- Обнажение эмоций и чувств ведёт к ошибкам, – ответил серый человек, – потому ты сейчас и ошибаешься, потому ошибкой  было и Ваше возникновение. Ошибкой, фатальной для Вас и могущей стать фатальной для всей планеты, ибо с самого момента своего рождения Вы причиняете ей боль.

- По-моему, во всей этой истории ошиблись только Вы, – Макс почувствовал, что начинает раздражаться, попутно замечая, как возрождается в его теле энергия, – Вас с самого момента сотворения вели, как послушных собачек на поводке, а когда подарили право на самостоятельные действия, Вы тут же всё и прозевали.

Спрашивается, на кой Вам тогда самостоятельная жизнь? Вы же и там будете тупо стоять серыми столбами! А раз уж человечество является таким уж опасным гнойником на теле планеты, почему Бог сразу не устранил эту проблему?

- Вот этот вопрос хорошо было бы задать самому Создателю, – равнодушно произнёс «наблюдатель».

- Ага, а он Вам не голосит больше с небес, – ехидно ухмыльнулся Макс. – Ничего, есть другие варианты связи. Помнится мне, есть в Вашем мире человек, которого нет, – Макс задумался, – Мда, глупо звучит. В общем, человека-то, и правда, нету, но память о нём бродит тут у вас, ничем не отличаясь от обычного существа…

- Максим, родной, ну, не ломай ты так голову над формулировками, – в самом углу комнаты прямо на полу восседал неухоженного вида мужичок в клетчатой рубахе и дымил дешёвой сигаретой, – я тут был всегда.

Ты, в общем, прав, меня не было, нет, и не будет, но напоминание обо мне может находиться в любой точке любого из миров. Так, что же ты хотел от меня, родной?

Макс улыбнулся и, проигнорировав нависшую над ним серую фигуру, подошёл к мужичку и, попросив сигарету, поведал:

- Припоминаю, ты говорил, что вёл довольно удачные переговоры с Богом. Так вот, я и мой гость тоже хотели бы побеседовать с ним, потому и вопрошаем к тебе – а не позвать ли тебе Бога ещё разок?

- Ишь, какой простой, – «клетчатый» сплюнул прямо на пол и протянул Максу зажигалку, – наш диалог с ним исчерпан.

Я всё, что хотел, сказал ему, он, всё, что смог, ответил и сделал для меня. Не забывай, Макс, меня не существует. Будет ли Бог беседовать с пустым местом. Может, вспомнит как-нибудь, на досуге, но, чтобы разговаривать, нет.

Макс похмурел.