Семейные разборки

- Нинель, – голос незнакомца был почти ласковым. – Твой отец очень озабочен твоей отлучкой и послал меня убедиться, что ты не попала ни в какие неприятности из-за своих ошибочных мечтаний. Садись в машину, и я отвезу тебя к нему.

- Я не пойду с тобой, Кантариил! – неожиданно звонким голосом ответила Нина. – Передай отцу, что я могу сама решать, где и как мне жить!

- У меня прика-аз – доста-а-авить тебя домой! – буквально прошипел вампир. – Ра-а-азбира-а-айся са-ама-а со своими проблема-ами, но не на-адо созда-ава-а-ать их мне своим неподчинением.

- Слышь, крокодил, или как там тебя, – Мирон продолжал сидеть на скамеечке за спиной Мерзкого, но даже и не думал приподняться. – Девушка сказала, что не хочет идти с тобой, чего ты упираешься?

- Заткнись, человек! С тобой никто не разговаривает! – подал голос один из подручных Кантариила, но подобные выступления Мироху никогда не останавливали. Он уже открыл рот для очередного оскорбления, но тут я решил вмешаться.

- Давайте оставим ненужные оскорбления, – я положил руку на плечо Мирона.

– Нам не нужна драка, впрочем, вам она не нужна тоже. Ее итог может оказаться крайне непредсказуемым для нас всех. Ведь так, Кантариил?

- Да ты, – начал было все тот же дерзкий юноша, но тут же замолчал, увидев жест своего предводителя.

- Ка-ака-а-ая интересна-ая встреча-а-а, – протянул Кантариил, и мне показалось, что его глаза в темноте блеснули красным. – Я слыша-а-ал о тебе, оборотень. Ка-ажется, тебя зовут А-андрей?

- А я вот про тебя никогда не слышал, – в тон ответил я вампиру.

– Но тебе кажется правильно. Так что мы решим? Будем драться или расстанемся друзьями?

- Я не могу просто ра-а-азвернуться и уйти, А-андрей! – с каким-то сожалением или досадой проговорил вампир. – Более того, твое присутствие здесь вызыва-ает много вопросов, и если Нинель сейчас не поедет с на-ами, то на них придется отвечать мне. И где гарантия, что я останусь в живых после ответов.

- Ты и так уже давно мертвый, – пробурчал Мирон, рассматривая упырей, как экспонаты в музее.

– Так что, ничего страшного не произойдет.

- Распространенное заблуждение, – теперь в тоне собеседника слышалась улыбка. – Но я бы назвал наше существование особой формой жизни. Мертвыми можно назвать только некоторых из нас. Но сейчас не лучшее время и место для философских дискуссий…

- Действительно, мы сейчас немножко другой вопрос обсуждаем, – снова вступил я в беседу.