Гражданство магической реальности

Мир магической реальности, в который занесла меня судьба, оказался не слишком приветлив к носителям открытых форм знания. Он был именно эзотеричен, в самом что ни на есть буквальном смысле этого слова.

Секреты, тайны и мистерии — вот что представляло ценность. Категория гражданства? Это в первую очередь признание права и обязательств хранить какие-либо сведения в неприкосновенности от посторонних — аналог масонских посвящений, в ходе которых адепту открывались какие-то новые откровения, возможности и условности.

Магия выступала в первую очередь как источник силы и ценила в этой связи саму себя.

Потому в магической реальности основой дееспособности становилась свободная воля. Именно она, выступая своеобразным ортом, единицей отсчета — позволяла своему обладателю делать выбор, хранить доверенные ему секреты или же передать их кому-то еще.

Отсутствие свободной воли или возможности проявить её в магическом диапазоне приравнивалось к безволию. Потому так безропотно подчинялись сигилам уважаемые мною профессора.

Потому покорно открывался доступ к сокровищницам их профессионального опыта. Это было ошеломительно нечестно, но именно на этом принципе, судя по всему, строились взаимодействия между гражданами.

Мадам, заманивая меня на явочную квартиру, воспользовалась своей волей, подавив между делом мою. Я не сообщил о приглашении Медее, чуть не поссорился с Росси, которая случайно предложила альтернативный план на день, не включающий в себя исполнение воли Мадам.

Эти провалы в памяти, из которых только и удалось ощущение несоответствия между искусственно вложенным знанием о комнатах старушки в большой коммуналке и отсутствием множества кнопок звонка, как это чаще всего бывает на дверях в такие квартиры.

Мою свободную волю отчего-то взялся активно защищать авалонский ключ. Сильно подозреваю, что без его влияния вся встреча с Мадам могла благополучно стереться из памяти. Не исключено, что вместе со мною.

Кто я для этой женщины? В первую очередь, источник неприятностей, рисков для печати.

Сын мигрантов, перворожденный, не имевший даже самой низкой гражданской категории.

Я сделал несколько глотков из банки и продолжил рассуждать, поглядывая на голубей, деловитых прохожих и редкие машины, проезжающие по бульвару.

На левой руке привычно устроился браслет из мамонтовой кожи. С одной стороны, источник практически халявной маны, эманирующей из волшебного болта.