Пришествие Магии

Бруспик не помнил, чтобы хоть когда-нибудь лицезрел больше двух великих магов разом – Артальта, например, он вообще видел впервые. Слишком далеко было расстояние между обиталищами Королей Искусства, слишком сильна была конкуренция.

Но когда зовёт сам Олиал, особого выбора нет даже у великих. Хотя, сказать по правде, Бруспика влёк на приём Мага из Магов не столько страх, сколько интерес. Всё более-менее сведущие в Искусстве уже знали, что Олиал готовит нечто грандиозное и у сильнейших появился шанс наконец приоткрыть завесу тайны над этой интригой.

А после вдоволь посплетничать с менее титулованными коллегами и погреться в чёрных лучах зависти.

Что до Бруспика, который в круг высших вошёл не так уж давно, то он считал это неплохим шансом набраться опыта не только от равных себе, но и от самого Олиала. Возможно, даже сможет разнюхать несколько важных секретов.

Вот, например, бессмертие…

- Мальчик, ты решил протереть во мне дырку своим взглядом?

Бруспик вздрогнул и залился краской, когда понял, что последние несколько минут бездумно рассматривал Эссирах – Белую из Итмарэна.

Высокую женщину, облачённую в изумрудно-зелёную мантию, совершенно не гармонировавшую с длинными белокурыми волосами. То же самое можно было сказать и о слишком яркой косметике. И всё-таки что-то в ней производило впечатление. То ли глаза, светящиеся недюжинным умом, то ли голос – слегка хрипловатый и чертовски соблазнительный, то ли мощный ореол магии, окутывающий точёную фигурку. Эссирах была сильнейшим магом среди женщин, единственной женщиной-Великой, да и со всеми присутствующими мужчинами могла потягаться в Искусстве. А ещё одной из трёх (или четырёх) магов, не считая самого Олиала, которым был открыт секрет вечной жизни.

Ну, ладно, возможно не вечной, но для Бруспика, разменявшего второй десяток несколько тысячелетий к этому приравнивались.

Горгот, Эссирах, Дарриж – они уже давно перешагнули отмерянный обычному смертному предел. Олиал так вообще жил ещё в те времена, когда Стромом повелевали Носферу и воды его рек были розовы от пролитой на их трапезе крови.

В венах Артальта, хрустевшего и чавкающего справа от Бруспика уже третьим жареным поросёнком, по слухам, текла кровь демона, и один лишь его вид заставлял этим слухам безоговорочно поверить. Благодаря этому он жил уже несколько веков – не тысяча, но всё же – ни дня не проведя без того, чтобы поссориться с кем-то, покалечить, или убить. В общем, сидеть рядом с этим пожирателем поросят было весьма неуютно.