Пришествие Магии

Несколько секунд самый сильный маг Строма сверлил седовласого старца пронзительным взглядом – голубизной глаз, отороченной прищуренными морщинистыми веками и глубокими мешками под глазами.

- Я смотрю, дитё, ты так и не выучилось манерам, - произнёс Олиал, подходя к месту во главе стола. Стук посоха, который, судя по всему, был не столь магическим атрибутом, сколько обычной клюкой, гулко отдавался от каменных стен. – Или ты ещё не умеешь стоять на ногах, Камилус? Семьдесят годков прошло, пора бы уже начинать.

Дарриж угодливо хохотнул, но Олиал не удостоил того даже взглядом.

- Прошу прощения, Величайший, - ответил Камилус. – Что не выказал должного уважения к тому, с кого песка просыпалось больше, чем с четырёх десятков таких, как я. В моём возрасте не пристало тратить силы на церемонии, тем более, я не хотел оскорбить твою гордость тем, что всё ещё способен стоять на своих двоих без помощи палки.

Воцарилась тишина, но Олиал лишь рассмеялся, усаживаясь на стул. Из всех людей в мире, не считая, наверно, Горгота, лишь Камилус мог безнаказанно сказать подобную дерзость.

Несмотря на различие взглядов, старика и Древнего связывали узы странного товарищества.

- Как обычно остёр на язык, друг мой. Приветствую тебя, Камилус. И вас всех – сильнейших в строме. Эссирах, Дарриж, Артальт… и ученик Менятры, который всё ещё стоит на ногах, когда другие уже сели. Бруспик, да?

Чувствуя, как лицо заливает горячей краской, Бруспик, до этого со слегка открытым ртом глазевший на Олиала, резко опустился на стул.

Облик сильнейшего мага Строма его поразил. Во главе стола сидел дряхлый дед, развалина. Казалось, тронь его – рассыплется в пыль. Подобное состояние тяжело было назвать даже старостью, весь вид Олиала наталкивал на мысли о яростной борьбе с природой человеческой, когда только мощная магия не даёт телу сгореть в пламени смерти, но при этом тянет из него все соки. В Олиале, кажется, осталось лишь пару капель. Но при этом движения Сильнейшего были всё ещё тверды, а аура магической мощи вокруг колдуна просто потрясала. Любому из находившихся в зале до такого уровня было как до неба. Становилось не по себе, стоило осознать, что весь этот заряд сдерживает мешок из плоти, которому стоило истлеть ещё тысячу лет назад.

Бруспик поклонился Олиалу, отвечая на приветствие, думая про себя, что Камилус был не так уж и неправ, оценивая количество просыпавшегося с него песка. Не так уж и неправ, в конце концов, выбрав короткий пусть.