Могильщик для Лиз

Было тихо. Дождь за окном, кажется, перестал, ветер тоже поумерил свой пыл. Ночную тишину нарушал лишь отдаленный шум автомобильных дорог и редкий лай собак. В квартирах за стенами мирно спали жильцы, только где-то наверху, возможно, этажом выше, включили негромкую музыку.

В животе жалобно заурчало, напоминая, что кто-то очень хотел, но забыл хорошенько поужинать. Чувство голода тут же стало куда реальнее, чем все предчувствия вместе взятые, и Лиз, сонно зевая, побрела на кухню, где, к тому же, забыла выключить свет.

Лиз часто спрашивали, не боится ли она жить одна в столь отдаленном и не самом спокойном районе города. Дома здесь были старыми, ветхими, инфраструктура застыла на уровне двух троллейбусов, трех магазинов и одного кафе, а потому добропорядочные граждане, создавая семьи, разъезжались по соседним округам, и возвращались сюда разве что летом – провести отпуск на морском побережье. Проданные или арендованные квартиры же занимали люди статусом пониже: буйные студенты, одинокие работяги и прочие сомнительные личности.

В ответ Лиз, как правило, пожимала плечами и говорила, что она тоже – сомнительная личность, а потому прекрасно вписывается в окружающую среду. На самом деле она полагала, будто самое плохое, что могло случиться с ней, уже давно случилось, а все прочие неприятности – это мелочи, которые можно забыть если не на следующий день, то уж через неделю точно. А потому ночами спала крепко и спокойно, не просыпаясь при каждом подозрительном стуке или шорохе.

Впрочем, этой ночью странных звуков тоже не было, а вот предчувствие так никуда и не делось.

Ощущая необъяснимую тревогу, Лиз тем не менее добыла из недр холодильника батон колбасы и, водрузив его на подоконник, который также служил ей разделочным столом, решительно отсекла ножом солидный кусок.

В темном окне отражался ее силуэт: будучи совершенно измотанной, Лиз поленилась накинуть ночную рубашку и теперь бродила по кухне в чем мать родила, ни капли не задумываясь об этом.

Силуэт в глянцевом отражении шевельнулся и будто бы слегка задвоился.

Заметив это движение, Лиз вскинула голову, с нарастающим ужасом видя в оконном стекле, как за ее спиной вырастает фигура незваного гостя.

Реакция была молниеносной: разворачиваясь, Лиз метнула широкий мясницкий нож в пришельца. Металл противно взвизгнул, ударившись о противоположную стену, и звякнул, упав на пол.

- Очень метко, - Могильщик бросил взгляд на стену за спиной, где образовалась солидная царапина. – Поздравляю.