В другой жизни

Эту футболку Нина точно не должна найти, мало ли какие воспоминания потянутся следом. Лучше ее, конечно, уничтожить.

Может, и к лучшему, что Нина будет считать своим возлюбленным Максима. Это ее еще сильнее запутает и отвлечет. Вначале Марина противилась и долго спорила с Ладой, которая убеждала ее, что иначе Кис-Кис помогать не станут. Но не приняв их помощь, пусть и с корыстью, они сразу бы оставили бывшую подругу в открытом доступе для тех, кто так старательно разыскивал ее. Скрепя сердце, Марина согласилась на странную сделку.

Оксана была довольно спокойной и молчаливой и во всем соглашалась с братом – вспыльчивым, нетерпимым и явно привыкшим верховодить. Максим был очень хорош собой и прекрасно об этом знал. Оксана же не обладала яркой внешностью и напоминала его блеклую тень, словно к тому моменту, когда ее зачали, всю возможную красоту и гармонию мать уже отдала старшему брату и для сестры ничего не осталось. «Терпеть таких мужиков не могу!» – каждый раз думала Марина при виде Макса. Красота его была холодной и как будто отталкивающей.

Марина тут же вспомнила Варю. Хорошо, что она сейчас не с ними. Эта и за ним бы потянулась. «А вообще, везет же Нинке на красивых мужиков! – подумалось ведьме. – Вот с этим ей даже знакомиться не пришлось, сам нарисовался. Вопрос только, зачем?»

Она вдруг снова подумала о человеке, которого нашли лежавшим неподвижно рядом с Ниной в тот трагический день. Не то чтобы красивый, но лицо интересное, благородный профиль, и фигура… Марина постаралась поскорее отогнать воспоминания о двух застывших обнаженных телах в засохших лепестках роз.

Сколько раз еще в мыслях она будет возвращаться к тому моменту, сколько раз этот страшный миг будет представать во снах? Марина с тех пор часто видела кошмары о потайной спальне в особняке, только не хотела никому рассказывать.

Глава 3. Поиски и потери в тонких мирах

– Я ее потеряла…

Голос Вадомы был растерянным и испуганным. Она прерывисто дышала, то и дело прикладывая пальцы к вискам и закрывая глаза. Черные брови трогательно поднялись у переносицы, и между ними пролегли две тоненькие складки.

Затряслись губы. Ее качнуло, и она сделала шаг в сторону, чтобы сохранить равновесие. Михаил, сидя в кресле, подался всем корпусом вперед, готовый в любую секунду подскочить и подхватить жену.

Он все еще никак не мог привыкнуть и тревожился за нее, хотя после возвращения силы и ритуала слияния с каждым днем она все крепла и словно молодела. Выпрямилась спина, и хромота исчезла.