Тайна Пушкинской улицы

Вернувшись в ювелирный магазин, она на глазах изумлённой публики раскрыла портмоне и, извлекая из него кредитную карту, указала на приглянувшуюся вещицу.

Глава 37 Чудеса в губернаторском доме

Чудеса в губернаторском доме

в которой вечер преподносит сюрпризы

В саду при доме губернатора, – в самой исторической точке города, – кто-то был.

Семён Иванович, здешний сторож, вот уже пятнадцать лет в одно и то же время обходивший своё хозяйство в двадцать три сорок увидел свет. Всё бы ничего, если бы Иваныч злоупотреблял горячительными напитками или там наблюдал свечение почаще – пусть раз в год.

Но нет. На службе он вовсе не пил спиртного, да тем более в такую жару, и гуляющих средь листвы мерцающих шаров никогда ранее не отмечал.

Место работы сторожу очень нравилось. Часто оставаясь один, он даже представлял строительство этого здания. Как покрикивает архитектор, недовольный ходом работ и не устаёт повторять, для кого строится сей дом – для самого государя императора или высочайшей фамилии во время пребывания оных.

В отсутствие императора в доме полагалось жить губернатору. Случалось ли останавливаться тут Александру первому, Иваныч не знал. Да и не интересовался, решив этот вопрос для себя раз и навсегда.

Теперь здесь был музей.

Люди заходили всё больше приезжие. Смотрели вдумчиво, говорили тихо.

Хранитель выглянул в окно ещё раз. Там, у большого раскидистого дуба, в трепещущих от ветра упругих листьях, пробивался луч, да не какой-нибудь фонарно – карманный, а расплывчатый, с тающим ореолом.

Иваныч не был человеком робкого десятка. Он поднялся на второй этаж и посмотрел оттуда.

«Нечто», – как назвал про себя сторож, – переместилось к кустам. Пройдя над ними, оно принялось пугать старика, словно собака, выпрыгивающая из конуры и бросающаяся на прохожего, сдерживаемая исключительно крепкой цепью.

Второго раза Иваныч не выдержал. Глотнув воды и подхватив ружьишко, вида которого боялись разве что галки, охранник истории бросился защищать вверенный ему участок.

В тени дерева никого не оказалось.

«Видно, испугались», – решил сторож, подняв глаза к небу.

Августовские звёзды стали ближе и ярче. И даже млечный путь стал заметен благодаря черноте. Ветер, пришедший с реки, облюбовал тяжёлые старые вязы, посаженные у забора невесть когда и, побыв на открытом пространстве, стремился укрыться в ветвях.

– Хорошая погода, – сказали совсем рядом с клумбой.