Тайна Пушкинской улицы

– Почему мне кажется, что четырьмя колёсами не обойдётся?

– Ничего, всё уладится, – подмигнул Вадим. – Кстати, у нас послезавтра встреча.

– А смысл? – безрадостно отозвался Кисель, прекрасно помня о переговорах с китайской стороной. Из головы не шла машина. Славик физически ощущал, как ей было одиноко без его внимательных крепких рук и заботы. Четыре колеса – не одно.

– Ну, ты совсем захандрил. Тебе влюбиться надо, – посоветовал Ёж и, переставив стул ближе к окну, продолжил. – Вот что. Будет у нас новая сотрудница.

Славик даже глазом не повёл.

– На стоянку её. Или в гараж. Пусть отдохнёт, – покачал он головой, приняв, на его взгляд, правильное решение. – Настрадалась.

– Э-э, – протяжно позвал Вадим, одной половиной присаживаясь на крышку стола так, что нога в туфле несолидно болталась.

Настроение у мужчины было игривое, порывистое. И хотелось, чтобы людям вокруг стало так же хорошо, как ему.

– Да, да, я слышал. Придёт сотрудница, – кивнул Кисель, а потом непонимающе покосился.

– Не волнуйся. Троянского коня тебе засылать никто не собирается.

– Надеюсь. Хватит одного, – согласился Славик, имея в виду конкретное лицо. – Только не понимаю, какое в этом рациональное зерно? У нас что, появились лишние деньги? Мы заработали новые? Нам некуда девать старые?

– Слава богу, в себя пришёл, – взмахнул рукой Вадим, и, указав на стул, сел верхом на другой. – Будет так. Она придёт, поможет нам с китайцами и уйдёт. Всё просто.

– Она знает китайский? – поднял бровь Славик, почти уверенный в ответе «да», так как из его окружения языка Мао Цзэдуна не знал никто.

– Понятия не имею, – Ёж удивился, как ему самому данный вопрос не пришёл в голову. – Поинтересуемся.

– Нормально, – дал оценку друг, поражаясь непривычному подходу в делах. Подобной безответственности Славик от Вадима ещё не видел. – Сколько она просит?

– Она ничего не просит, – твёрдо ответил глава «Проекта». – Это у неё просят. Уникальная девушка.

Славик замолчал.

– Не волнуйся, – продолжил Вадим, убирая блаженное выражение со своего лица до лучших времён. – Она обещала, что всё будет хорошо, и я ей верю. И ты поверишь, как только увидишь.

– Что-то мне не хочется, – засомневался ангел-хранитель, предчувствуя неминуемую перемену. А любые изменения в укладе сложившейся жизни, он не любил больше, чем шарканье ножом по алюминиевой кастрюле.

– Ну, так, – подвёл итог Ёж. – Сегодня она приступает к работе.