Не своя смерть. Пепел будущего

Ира положила прохладную ладонь ему на плечо, попыталась рассмеяться, но вышел только отрывистый выдох:

- Карантин! Разбила пробирку с вирусом в лаборатории, чтобы надолго оказаться вне досягаемости – я бы такого в жизни не придумала. Ты гений! Это лучшее объяснение для мамы.

- Если бы не я, ничего объяснять бы не пришлось.

- Точно. Тебя самого и меня с Игорем просто в живых бы не было.

- Да брось! Мы втроем могли тогда…

- Нет. Не могли. Ты и сам это знаешь. – Сестренка утомленно вздохнула. – Слушай, если мама тревожится за меня, значит, все умертвия вокруг чуют сейчас ее запах.

- Не чуют. Я каждый день захожу. Поддерживаю защитные чары.

- Слава богу, теперь буду спать спокойно.

Ира положила голову на плечо брата, закрыла глаза. Дышала размеренно. Радмир погладил сестру по волосам. После некоторого молчания, тяжело сглотнул и спросил через силу:

- Как связь с этим… чудищем?

- Крепче, уже гораздо крепче. За последние дни столько переменилось, - будто сквозь сон ответила Ира. – Кажется, будто прошло несколько лет, и я совершенно пустая внутри.

Отдала ему чересчур много. – Спохватившись, лазария села прямо, попыталась изобразить радость. – Я напросилась к Игорю в ученицы. И целители эту идею поддержали. Говорят, лучше него никто не справится – мы друг друга с полуслова понимаем.

Будто не слыша, Радмир разгорячился:

- Ты должна научиться кормить умертвие не собственной жизненной силой. Чем-то другим – заботой, любовью, сочувствием! Только не жизнью!

- Да. Но для этого придется открыть дверь.

Я пока не готова.

Радмир взволнованно поднялся с дивана. Подошел к стеклянной стене, отделяющей жилую комнату от остальной части нового крыла оранжереи.

Внутри было сумеречно. На пыльном полу еще лежали доски, какие-то мешки и ящики, брошенные впопыхах. Громадная зала пустовала. Однако обычное человеческое зрение обманывало. Зорок показывал совсем иное: под заколдованным куполом, как в узилище, томилось кошмарное создание. Темная туша с причудливыми пятнами разложения на толстой шкуре.

В глубоком безмолвии она протянулась от одного конца оранжереи до другого. Надежно запертая, дремлющая смерть. Кит. Это он некогда заставил целый поезд сойти с рельсов. По его вине произошел взрыв на химическом складе. Именно кит, а не грунтовые воды, пытался обрушить небоскреб в центре Москвы, едва не погубил Иру, Игоря, самого Радмира и сотни других людей.

Точно услышав эти мысли, лазария тихо произнесла:

- Он никого не хотел убивать. Правда. Я знаю.