Стреломант. Том 3

Водители АГАТа до последнего пытались вытащить машину из земляного плена, но, в конце концов, погибли и они, и только одному бойцу из двадцати пяти удалось что-то противопоставить Келли — он добрался до нее и заколол ножом. Все оружие в АГАТе осталось опечатанным и запертым в шкафчиках — никто не успел за него схватиться, никто не успел им воспользоваться, все произошло наверняка за какую-то минуту. Единственное, что успело сработать — это старая добрая грубая варварская острая железяка.

Остается только один вопрос — почему экипаж АГАТа не передал по радиосвязи, что на них напали? Ведь радио в тягаче точно было, и оно точно работало — я сам слышал, как Ника переговаривалась с Бархангельском, когда мы подъезжали. Неужели тоже не успели? Не подумали? Решили, что попытки спасти поезд путем утапливания в пол педали газа важнее, чем предупредить свое командование о предательстве реадизайнера? Или была еще какая-то причина?

Да, знать бы все это несколько дней назад, тогда бы я уже не торопился как можно скорее покинуть АГАТ, а осмотрел бы его досконально.

А сейчас даже думать об этом как-то грустно. Все улики закопаны хрен знает где на хрен знает какой глубине. И даже если майор действительно решится обвинить клан Чемберс в том, что они саботировали проект АГАТ, никаких доказательств у него не будет.

Собственно говоря, нет даже никаких доказательств того, что скелет в АГАТе принадлежал именно Келли Чемберс... Не факт, что это вообще был реадизайнер, возможно, это просто какой-то посторонний человек, которого почему-то экипаж АГАТа решил убить. А все, что произошло с самим АГАТом — да, дело рук реадизайнера, но кто сказал, что он там же и остался? Пришел, сделал дело и ушел, а то, что Келли пропала — все лишь совпадение, да и только.

Да, чушь полнейшая. Теория, для исполнения которой слишком много всего должно совпасть. В такую не поверишь даже во сне.

Но ведь Суджук думал про свои умозаключения точно так же, а в итоге одна из этих сложных и громоздких теорий как раз и оказалась самой вероятной. Надо было лишь добавить ей еще больше дополнительных условий. Превысить некоторую концентрацию бредовости, после чего она стала звучать даже осмысленно.