Тайная Волшебница

Но несравненно труднее его выиграть, потому что судьба обычно не терпит нечестных правил.

И Аксенов задумчиво поглаживал старенькие, порядком вытершиеся на сгибах деньги. Странное дело, рассеянно размышлял он, напряженно думая совсем о другом, таинственном, решительном и страшном.

Но ведь и вправду: у этих бесполезных ныне бумажек был очень потертый, прямо-таки затасканный вид.

Несмотря на то, что они долгие годы неподвижным, но таким тяжким грузом лежали в шкатулке его души.

Встреча с Патрицием оставила в душе Дениса неприятный и очень тревожный осадок.

На душе у него было неуютно, и не только оттого что в родном городе Дениса появились какие-то слуги Берендея, не желающие иметь с Денисом никаких дел.

По всему выходило, что Патриций явно включил и его, Дениса Котика, в список подозрительных волшебников, могущих быть под заклятием неведомого врага. Отсюда, наверное, и его такой холодный, подозрительный и неуступчивый тон.

Старшина Городских охотников с Острова Ничейный явно не случайно упоминал о каком-то туманном посланце Берендея.

По его словам, именно этот посланец предположительно и был наивернейшим кандидатом на роль предателя, продавшегося какому-то врагу, пусть даже и не желая того, по воле заклятья, сковавшего его волю. Вот только никаких посланцев Берендея в городе не было; во всяком случае, Денис о таковых ничего не слыхивал.

Возле подъезда он кивнул случайно встреченному соседу и бросил взгляд на свои окна.

Бабушка, должно быть, дома и сейчас печет обещанные оладушки.

Со сметаной и вареньем, облизнулся Денис и машинально пересчитал всех известных ему обитателей города, имеющих непосредственное отношение к Архипелагу, острову Буяну и чаровнику Берендею Кузьмичу лично.

— Максим... Леся... хм... Ах, да, и я сам, конечно же!

Но при этом оставались ещё двое. И о них ученик Лицея, и еще пока даже не старшекурсник, вполне мог и не догадываться, и даже не подозревать. Значит, нужно срочно выяснить, где сейчас Макс с Лесей. Просто так. Просто так...

Успокоив себя таким образом, Денис торопливо взбежал по лестницам и спустя минуту уже был дома.

Бабушка Любовь Николаевна встретила его озабоченной улыбкой.

— А я уж тебя совсем заждалась, Дениска! Ты где это бродишь так поздно?! Давай поскорее переодевайся и к столу. Гости у нас. От родни поклон привезли. И не забудь руки вымыть и волосы расчесать. Вечно ходишь как растрепа, право слово...

И она поспешно скрылась в кухне, откуда тут же донесся ее оживленный голос.