Тайная Волшебница

Зато у Леси гораздо больше вероятности быть посланницей Берендея!

Во-первых, вновь принялся загибать пальцы Денис, пока они были в Норде, у Леси состоялся какой-то очень серьезный разговор с Берендеем. И в нем почему-то принимали участие преподаватели Магисториума.

Это была какая-то темная, неизвестная Денису история, о которой Леся рассказала лишь в общих чертах. Тогда ребята решили, что все дело — в общеизвестной Лесиной скромности. Теперь же Денис был склонен думать, что — не только.

Во-вторых, Леся пользовалась большим уважением Берендея.

Она по праву считалась одной из лучших учениц Лицея, будучи при этом серьезной, собранной и немногословной. Поистине лучшая характеристика для человека, умеющего хранить чужие важные тайны.

И, в-третьих — то, что Денис прекрасно понимал, хотя и всячески гнал от себя эту мысль. Он понимал, что волшебники Буяна ничем не уступят темной магии по части комбинаций.

Игры, в которые играют мудрые, чаще всего не доступны разумению учеников. И даже по окончании опасной игры, когда уже и все карты, казалось бы, раскрыты, они могут лежать лишь на поверхности айсберга, большая часть которого так и останется скрытой в глубине тайны и неизвестности.

Вдобавок помыслы такого могучего чаровника как Берендей вообще не ведомы никому. А то, что в городе появились сыщики-оборотни, действующие по заданию этого умного и решительного чаровника, напрямую свидетельствовало о том, что какая-то новая игра Берендея началась. И Лесе Кобзариной в ней вполне могли отвести одну из главных ролей, при этом, возможно, тайных и неизвестных по сути даже ей самой.

Денис еле дыхание перевел. Этак моя фантазия и игра в шпионов, которая после Магисториума только укрепилась во мне, может далеко завести, озадаченно подумал он. Ведь, в конце концов нас, из Лицея — только трое. А кто тогда еще двое — из тех пятерых, упомянутых сыщиком-лисовином?

Но тут размышления Дениса неожиданно прервала бабушка.

Она резко распахнула двери Денисовой комнаты, даже без стука, чего за ней никогда не водилось, и прямо с порога решительно подбоченилась:

— Ты, часом, не уснул тут, внучек? Идем скорее, пироги уже все простыли.

Да и перед гостем неудобно. Он совсем уж носом клюет, ожидаючи-то...

— Ага... — машинально кивнул Денис и столь же автоматически пригладил волосы. — А кто хоть приехал-то?

— Сейчас познакомлю, — подмигнула Любовь Николаевна. — Ты его не знаешь, он из Отрадного, земляк нашей Веруни.

— Ну да? — изумился Денис.