Тайная Волшебница

Видимо, и вправду поспешил?

— А ты, однако, вовсе не лишен известной проницательности, — то ли заметил, то ли пояснил Патриций. — Но пока еще не умеешь вовремя делать правильных выводов из того, что тебе говорят собственные глаза.

И он живо отвернулся и тихо фыркнул в сторону, совсем по-собачьи. Очевидно, на людском языке это должно было означать «и слава Создателю, что не умеешь, иначе моментально спутаешь нам все карты».

Денис вновь не понял лисовина. А когда он раз за разом не мог понять своего собеседника, в нем глухой волной всегда закипало раздражение.

— Я хочу знать... про посланцев, — упрямо повторил он.

— Я тоже хочу... чтобы ты знал... про посланцев, — отрывисто проговорил лисовин. И внезапно очень быстро провел рукой по горлу, точно ему на мгновение вдруг стало трудно дышать.

— Вот как? — удивился Денис.

У него вдруг появилось ощущение нереальности всего происходящего здесь, на дубовой аллее. В преддверии ночи, у которой уж точно не будет ответов на эту загадку Патриция.

Между тем лисий человек уже справился с минутной слабостью.

Он разминал шею и массировал горло. А наш герой заворожено следил за осторожными, бережными движениями его лап, оснащенных страшными когтями.

— Теперь я понимаю, что ты сказал мне не все, что мог, — медленно произнес Денис, переводя взор и напряженно глядя на лисовина.

— Это верно, — немного помолчав, согласился Патриций. — Я сейчас сказал тебе только то, что мог. Я и не мог сказать тебе всего, понимаешь, мальчик?

И вновь фраза лисовина прозвучала как-то уж слишком двусмысленно.

Точно старшина Городских Охотников играл сейчас в какую-то непонятную игру со словами. Вот только непонятно — с Денисом ли?

Денису-то казалось, что старшина играет именно сам с собой, пытаясь не то обмануть себя, не то как-то обойти, обхитрить, найти выход. Он никогда в жизни еще не видел подобного. Так вот они какие — лисьи люди! Ни за что не разберешься с тем, кто стремится первым делом обмануть самого себя!

— Это хорошо, — медленно, как сомнамбула, произнес Патриций.

— Хорошо, что ты меня понимаешь. Проницательный мальчик. Значит, будет толк.

— Угу, — кивнул Денис. — Будет.

Этот старшина Охотников удивлял его с каждой минутой все больше.

Только недавно он был серьезен, важен и даже немного напыщен — обычный надутый и важный начальник, гордый своим чином и исполненный дурацкого самомнения. И вот уже он совсем иной — безмятежно смотрит куда-то, поверх плеча Дениса, и у него совершенно отсутствующий взгляд.