Сумеречные Библиотекари. Том третий.

Она была серьезна и не пыталась говорить, что его предчувствия полная ерунда. И от этого Адаму стало тревожно вдвойне.

Дневник с перемещением не торопил, и Адам успел попросить Рози поехать вслед за его охотниками. Когда подруга согласно кивнула, Адам вздохнул с облегчением. Рози и ее Взгляду смерти он доверял, как никому.

Уладив личные дела и чуть успокоив нервы, Диана, Адам и Девид отправились в новое, пока еще неизвестное Библиотекарям, место. В один из самых таинственных уголков земли, в центр Саргассова моря.

- Вы, все-таки, думаете, что это координаты Бермудского треугольника? - Диана смотрела на разложенную на столе карту с жирным красным крестом и, написанными от руки, обозначениями широты и долготы. - Может, это какой-нибудь остров?

- Может и остров, - беспечно отозвался Девид. - В любом случае, там должно быть что-то необычное. Согласны?

Адам утвердительно кивнул и вышел из тесной каюты, в которой они очутились после перемещения. Он огляделся по сторонам, поднялся на палубу и понял, что на этой небольшой яхте они совершенно одни.

- Видимо, команду этим ребятам нанять не удалось. Кто умеет управлять яхтой? - Адам усмехнулся, но тут же получил две усмешки в ответ. И Девид и Диана были из семей богатых и путешествия на яхтах им в новинку не были.

Полюбовавшись красивым видом за бортом и убедившись, что судно следует положенным курсом, Библиотекари достали из бара белое вино и, разлив его по бокалам, принялись ждать. Закат окрасил волны в оранжево-розовый.

Вторая бутылка подошла к концу. И внезапно сумеречный Наутилус подал голос. Они приближались к грандиозной магической аномалии.

- Я ненавижу магические аномалии! - с чувством произнесла Диана. - Наутилус уверен? Это точно не какой-нибудь артефакт?

- Аномалия может создаваться и артефактом, - передал Девид слова напарника. - Если он неправильно работает.

Ночь только-только расправила свои крылья над океаном и Библиотекари увидели то, что совсем не ожидали увидеть. Город посреди моря.

Бесшумный, как отлив. Бесцветный, как морская соль. Безымянный, как мираж. Яхта медленно вошла в гавань и сама причалила к берегу. Трап опустился на серебристый пирс и ребята медленно и неуверенно покинули такой знакомый и реальный борт. Даже Наутилус молчал, пытаясь разобраться в невероятной гамме чувств, которые вызывало в нем это место. Он чувствовал неподвластную ничему силу, которой не было края, но где-то в самой ее глубине билось сердце.