Потерянные души

А потом мучил, спать не давал... Я переезжал, менял города, а он за мной, как привязанный... И я бы и рад забыть, но...

Призрак отца явно снова попытался вмешаться, потому как помощник матушки Шанэ вдруг метнулся к шкафу. В кабинете снова потеплело, в воздухе заискрил песок. Мастер Чьёз затравленно и обречённо сжался, но обошлось. Он выдохнул и тихо-тихо заговорил:

– Амулеты мы нашли дома – подвал как-то по весне стало затапливать, отец вызвал бытового колдуна, они вместе возились внизу. И однажды отец показал нам старинную шкатулку.

Дом – исстари наш, родовое гнездо, а значит, и ценности тоже наши. Сами-то мы не колдуны, и откуда они взялись, эти амулеты, кто их схоронил в подвале... Мы не знали. Отец рискнул использовать один амулет, и так и выяснилось, что они дают колдовскую силу.

Сьят начал записывать, Лу, отодвинувшись вместе с креслом, внимательно слушал, Мьёл по-прежнему напряжённо стоял за спиной мастера Чьёза с заклятьем правды на раскрытой ладони, а Вьют пристроился у окна – явно ничего не понимая, но тревожно поглядывая на начальника.

– Конечно, я дурак, что хвастать начал, – бесцветным голосом продолжал мастер Чьёз, опустив глаза. – Влюбился сильно, хотел впечатление произвести... Больше ведь никто об амулетах не знал, и раз их стащили – то только по моей вине. А потом пришёл мёртвый отец. Требовал, чтобы я отомстил ворам и всё вернул, не уходилось ему без этого. Я сопротивлялся, сколько мог. И если бы не связь... Амулеты чувствуют друг друга – так я совершенно случайно встретился с Ханви.

И так понял, что могу найти всех остальных. Амулетов всего было восемь штук, и они украли пять. Один был у меня, два – у отца. Эти в семье сохранились. А ещё четыре я за год нашёл. Я ведь давно своим пользовался и знал его свойства. Силы он действительно даёт очень мало, зато та, что есть... Она – лекарь старинных вещей. Восстанавливает до новизны любую колдовскую древность. Мне достаточно было читать газеты, собирать слухи и осторожно расспрашивать в лавках, нет ли умельца вот для этой очень старой вещицы.

– В храм Семи рек почему не обратились? – сочувственно спросил Сьят.

– Он не пускал, – ещё тише ответил мастер Чьёз. – Он меня насквозь видел. Только я в храм соберусь... и засыпаю. А просыпаюсь через несколько дней в больнице весь избитый. Я даже адреса назвать могу, где меня лечили, там подтвердят. Так он меня держал. А потом, когда нашлись все пять амулетов, начал требовать кары и возвращения своего.