Молчание Сабрины 2

По секрету будет сказано: он ошибался – худшее поджидало впереди и произойти должно было очень скоро.

«Лавка игрушек мистера Гудвина» в тупике переулка выглядела такой же заброшенной, как и здание кабаре на углу, но в том-то и дело, что только выглядела. Поежившись от одного вида этой негостеприимной двери и пустых окон-витрин, Человек в пальто замер в нерешительности. Внутри явно никого не было, и все же это не особо утешало.

– Давай же, смелее… – неуверенно проговорил он. – Ты должен узнать, кто она такая… должен… узнать… иначе все пойдет прахом и… – Его слова прервал очередной приступ кашля.

Вытерев губы мокрым рукавом, он все же решился и, спустившись по ступеням, взялся за дверную ручку.

Колокольчик над притолокой зазвенел, словно выругался тоненьким голоском. Закрыв за собой дверь, Человек в пальто оглядел лавку. Темно. Он прислушался. Тихо. Он принюхался. В ноздри лезла вонь, как будто где-то здесь гнила протухшая рыба. Этот запах незваному гостю был знаком. Так же пах мистер Скрипник, живший по соседству, когда Человек в пальто пришел навестить его и обнаружил, что тот лежит мертвый в своей постели.

Дрожащими пальцами незваный гость расстегнул пальто и извлек из-под него небольшой фонарь. Несколько раз щелкнуло, проворачиваясь, кремниевое колесико, и фитиль, пропитанный негасимым раствором «Форр», загорелся.

Четыре пятна коричневого света из окошек фонаря упали на пол и стены лавки.

Это место… гадкое, мерзкое место. Человек в пальто меньше всего хотел сюда приходить, но…

– Я непременно должен все узнать!

Подняв фонарь, он пошагал по проходу между пустыми стеллажами и затянутыми паутиной полками.

Что-то почувствовав, Человек в пальто замер и обернулся. Нет, здесь по-прежнему никого нет, а тени – это просто тени.

Подойдя к стойке, он поставил на нее фонарь и крутанул колесико на нем, увеличивая огонек.

– Начнем с тебя, – прошептал Человек в пальто, открывая лежавшую возле ржавого кассового аппарата книгу учета клиентов.

Шуршали страницы. Мокрый палец полз по списку. То, с каким прилежанием хозяин лавки вел свои записи, не могло не восхитить: каждая страница разлинеена и разделена на четыре графы («имя куклы», «цена», «имя покупателя» и «заметка»), почерк Гудвина аккуратен, как у хорошего конторского клерка, ни одной помарочки, ни одной кляксы.

Все это облегчало поиск, но Человек в пальто никак не мог найти то, за чем пришел сюда.