Светлая тьма. Сирота

Кот злобно посмотрел на меня, выгнул спину дугой и зашипел, но мяукать не стал, что очень хорошо. Значит, он просто выделывается. Не может безропотно согласиться. Просто это не в его природе. Слишком он был самостоятелен и свободолюбив до встречи со мной.

— Чего замер, дай ему кусок мяса, чтобы он тебя признал. А то, так и будем постоянно с ним договариваться.

Димка быстро сунул зажатый между пальцами кусок мяса через прутья и моментально отдёрнул руку, зашипев при этом. Акелла оказался очень быстрым, забрал причитающееся ему лакомство, а заодно показал новому человеку, что с ним шутки плохи.

На пальце у Димки быстро набухали две красные полосы, на которых начали появляться капли крови.

— Он признал тебя. Мне в первый раз царапину на полруки оставил. Да ты и сам видел. — с гордостью произнёс я, показывая, какого размера была царапина. Может, слегка преувеличил, но ничего страшного. — Молодец, хороший кот.

Я вновь засунул руку в клетку, чтобы погладить Акеллу, и снова получил несколько молниеносных ударов.

Какой-то он сегодня слишком игривый. Кот как раз доедал лакомство, дарованное Димкой, и можно было его немного потрепать за уши. Любил он это дело.

— Положи ему остальное мясо, пока я глажу, чтобы больше не оцарапал. А то не объясним потом, где ты так умудрился руку разодрать.

— А он тебя, что, не царапает? Вон сколько раз ударил. Я видел, что когти точно выпускал. — спросил Димка, с опаской пропихивая остальное мясо сквозь прутья.

— Не-а. Один раз только оцарапал, а дальше у него не получается.

У меня кожа слишком крепкая.

— Быть такого не может. — отчего-то не поверил мне парень, хотя сам всё прекрасно видел.

— Даю слово, что это правда.

Это самый верный способ, чтобы тебе поверили. Особенно сейчас, когда я играю роль аристократа.

— Да я тебе верю. Сам видел. Я о другом. Ты же ещё не прошёл инициацию, а уже можешь использовать свою силу для защиты?

— Да не использую я никакой силы. Просто убедил себя, что в первый раз Акелла оцарапал меня чисто случайно и подобного больше не повторится.

С тех пор он и не может меня ободрать. Хотя и очень старается.

Димка посмотрел на меня как-то очень странно. Явно не поверил. Я уже снова собрался дать слово, но он опередил меня.

— А меня ты сможешь убедить?

— В том, что Акелла меня больше не оцарапает?

— В том, что он больше не сможет оцарапать меня. — тяжело вздохнув, сказал Димка.

— Могу и тебя убедить. Мне несложно. Только давай перед сном. Сейчас у нас мало времени.