Гранатовый сок

Я скользила глазами по торопящимся на занятия студентам:

– Даже не знаю…

Этот коротышка, этот толстоват, этот неряха, а этот вообще рыжий. Не люблю рыжих…»

На этом месте я не удержался и фыркнул, приглаживая волосы. Ишь ты, какими разборчивыми были, оказывается, советские девочки! Впрочем, ладно.

И мои глаза уже читали дальше:

«Но вдруг сердце моё ёкнуло. Я поправила юбку, уткнула глаза в пол и выдохнула, почти беззвучно:

– Мне брюнеты нравятся. Кареглазые…

– А, этот. Ишь ты, на кого замахнулась! – хихикала Нинка.

Высокий широкоплечий парень, прижимающий к груди учебник, деловито прошёл мимо, даже на нас не взглянув.

– Краси-и-ивый! – шёпотом одобрила мой выбор одноклассница. – Пошли, проводим его!

Двигаясь на некотором расстоянии от толпы медиков-студентов, мы дошли до здания института. Глядя, как парни исчезают за огромными деревянными дверями, Нинка озвучила план дальнейших действий:

– У них занятия идут по три с половиной часа.

– Поздно уже будет… – несмело поспорила я.

– Всего-то девять!

– Ну, ладно. Гулять так гулять!

Ох, если бы не это гнетущее чувство, что у меня выбили землю из под ног. Если бы не холодок в груди и не тянущая тоска по родному дому, то я бы, наверное, даже с ним познакомилась…

Господи, только бы не было войны! Только бы мы поскорее вернулись…

Сталинград,

27 мая 1941 г.

Сложив листы дневника пополам, я задумчиво гладил между подушечек пальцев шершавую от времени бумагу.

Знаете, а я ведь во многом мог понять эту девочку – Свету. Хоть я и родился на целых семьдесят лет позже неё, я тоже взрослел в очень нестабильное время. Наверное поэтому мне было сейчас так интересно «подглядывать» за ней сквозь десятилетия. А вот стыдно совсем не было, ни капельки, хоть это и личный дневник. Думаю, что если бы мы с ней, вопреки законам времени, встретились, то она бы тоже увидела во мне родственную душу и ничуть не обиделась бы.

С самого детства я точно так же – беспомощно – наблюдал, как рушится то, что дорого сердцу. Я, прожив так мало, видел так много. Мои родители женились ещё в Советском союзе, развелись уже в Украине, а в нулевых мама с отчимом и вовсе приняли решение переехать в Россию. Вокруг меня постоянно что-то менялось, и я едва успевал за этими переменами.