Когда в Чертовке утонуло солнце

– То есть ночная вахта. Простите, как мне к вам обращаться?

– Командор Томаш Брунцвик. Нет, не тот самый, – мужчина за столом недобро прищурился. – И если вы позволите себе шутки насчёт львов, то следующие пять лет проведёте, отлавливая на Влтаве утопцев и котшуров.

– А кто такие котшуры? – растерянно поинтересовался Максим.

– Вам они не понравятся, – пообещал командор. – И при обращении к офицерам следует добавлять «пан» перед званием, либо называть по званию и фамилии.

– Ясно, пан командор

– Вы фехтуете? – поинтересовался Томаш Брунцвик, доставая из потайного кармашка колета небольшой ключик и отпирая им стоящую на столе шкатулку.

– Нет, пан командор.

– Плохо. Клинок надёжнее пистолей или мушкета. Стреляете?

– Нет, пан командор.

– Совсем нехорошо, – нахмурился рыцарь, отсчитывая из шкатулки пять серебряных и с десяток медных монет. – У вас что же, молодёжь не упражняется с оружием? Или, может быть, нет войн?

– Войны есть, но оружие совсем другое.

– Понятно, – кивнул командор, подвигая по столу стопку монет.

– Благодарю, пан командор.

– Ну, а хоть на кулачках-то? – с надеждой спросил рыцарь. – Или вы, может, вида крови не выносите? – в голосе его послышались встревоженные нотки.

– Почему же, на кулачках доводилось. И носы разбивать тоже, – улыбнулся Максим, забыв на секунду о субординации.

– Уже кое-что, – усмехнулся Брунцвик. – Что ж, придётся вам совмещать работу с учёбой. А пока не можете положиться на клинок или пулю – полагайтесь на товарищей.

– Пан командор, господин Майер намекнул мне, что использование скрытых талантов, – Максим едва не ляпнул «если они у меня вообще есть», но вовремя сдержался, – может повлечь за собой негативные последствия.

Рыцарь задумчиво повёл тяжёлой челюстью, словно пережёвывал что-то. Потом сложил перед собой на столе руки в замок – пальцы были узловатые, похожие на корни старого дуба – и, задумчиво рассматривая потолок, поинтересовался отрешённо:

– Младший страж, вы что же, намерены жить вечно?

– Нет, – удивлённо протянул Максим.

– Может быть, вы ставите свою жизнь превыше жизней тех, кого мы защищаем? – в голосе Брунцвика проскользнула зловещая вкрадчивость.

– Н-нет, – чуть помедлив, всё-таки сказал парень.

– Или у вас какие-то иные планы на отпущенное могущество? – в воздухе кабинета ужё отчётливо ощущалось предчувствие бури.

– Никак нет, пан командор! – выпалил Максим, вытягиваясь по стойке смирно.