Полнолуние для Магистра

Причём самым невероятным образом каждый Путь – именно так, с большой буквы – пролегал по иной местности. И как бы ещё не в другом мире… ибо к каждому прилагался особый кусочек реальности.

Путь, что вёл почти прямо, переходил в узкое асфальтовое шоссе с белеющей по кромкам разметкой, с обочинами, присыпанными палой осенней листвой. С обеих сторон его обступал лес, вернее – видимые его полосы, отсекаемые туманной стеной. Клубящаяся, кажущаяся живой облачная масса обволакивала каждый Путь новым тоннелем, позволяя, тем не менее, хорошо разглядеть, куда, собственно, он ведёт.

Чего такого особенного было в открывшемся ей лесу, Лика не поняла: с виду лес как лес, только осенний, деревья голые, в ошмётках тумана, но уже редкого. Метров через пятьдесят дорога круто сворачивает, а что там за поворотом – поди, угадай… Но что-то он ей напомнил.

Она отвела глаза.

Был соблазн немедленно шагнуть вперёд, а дальше – куда кривая выведет. Однако не зря же ей открылось несколько вариантов! По-видимому, нужно выбрать какой-то один, по неизвестной пока ей логике.

И не факт, что если ошибёшься, тебе позволят вернуться и начать сначала.

Дорожка, вильнувшая левее от основной, почти не изменилась, так и оставшись песчаной. Но по левую сторону от неё за широким поребриком, выложенном цветной плиткой, выстроилась шеренга старинных фонарей, теплящихся голубоватыми огоньками. Ещё левее тянулась дорога, напоминавшая проезжую, угадывался второй ряд фонарей. Как в Питере, где они с братом, приехавшим её навестить, бродили по окраинам, недалеко от её общаги.

Красиво подсвеченные, кружились редкие крупные снеговые хлопья. Пахнуло холодом. Лика невольно поёжилась. Здесь, во сне, она была одета так же, как днём: в простых джинсах и тонкой водолазке, но без куртки, накинутой из-за ветреной майской погоды. Нет, в снегопад соваться не хотелось. Хотя, если вдруг станет ясно, что выбора нет – придётся.

Дальше, левее – туннель пролегал через совсем иной лес, с мёртвыми порыжевшими елями. Между остовами деревьев уходили вдаль рельсы, тускло отсвечивая в косых закатных лучах.

Из-под гравия проглядывали просмолённые шпалы. Царили тишина и запустение и веяло странной тоской – по дому, по жизни вообще... По сравнению с этой унылой местностью следующая дорога, ведущая через поля к небольшой рощице, показалась Лике намного привлекательнее. Оттуда тянуло луговой свежестью, запахом реки и, кажется, слышалось кваканье. Идиллия. И опять что-то напоминало из реальной жизни.