Огненная кровь (авторская редакция)

И продолжила вполголоса: — Если честно, то я думаю, что Рябинушка — колдунья. Пришел срок умирать, и ей нужно передать кому-нибудь знания. А предстоящий ночной экзамен — это проверка, есть ли у меня колдовские способности. Ну, в общем, так.

Оксанка замолчала и смущенно посмотрела на подругу.

Милада молча сошла с крыльца и подошла к калитке. Оксанка догнала ее, громко шепча:

— И раз ты молчишь, я скажу тебе, что меня это все теперь интересует! Я, кстати, часто мечтала в детстве, что владею волшебством.

— Реальный шанс на что? — усмехнулась Милада.

— Стать колдуньей!

— Шутишь? Ксюха! Ты что, во все это веришь? Две недели назад тебе это и в голову бы не пришло.

— Две недели назад я понятия не имела, что у меня есть двухсотлетняя родственница!

— Это еще не подтверждено, во-первых, а во вторых, мне все это не нравится.

Оксанка преградила ей путь, не давая выйти за калитку.

— Милка, чего ты хочешь? Предлагаешь свалить? Мы уже согласились! Так что мы остаемся. Я пройду или завалю этот долбанный экзамен, и завтра уедем!

— Ладно, не пыли, — примирительно сказала Милада, обнимая подругу, — куда ж я от тебя денусь.

— Пойдем, — сказала Оксанка, остывая.

Они открыли калитку, и двинулись через луг, по которому теплый ветер гонял зеленые травяные волны. Милада увидела по обеим сторонам тропинки две серо-серебристые спины, выглядывающие из травы.

— А вот и конвой, — усмехнулась она.

При её словах волки подняли головы и посмотрели на них оценивающими взглядами.

— Брысь! — рявкнула на них Милада. Волки, натурально, переглянулись, и потрусили вдоль тропинки. — Точно, конвой, — подытожила девушка.

Оксанка молчала, и внезапно Милада подумала, что в душе подруга настроена против нее. Похоже, Оксанку уже увлекла возможность стать, по ее собственному мнению, колдуньей. Пусть эфемерная, но возможность. Милада вспомнила себя в детстве.