Тайны Тегваара

Что значит: сколько стоит удовольствие? А, вот вы о чем… Каждый должен казне двенадцать тысяч шестьдесят восемь слитней пятьдесят звяков… Совершенно верно, каждому по одному году и девять месяцев кабалы… Что? Я не ослышался? Вы готовы выплатить долги обоих? Это двадцать четыре тысячи сто тридцать семь слитней. Потяните?.. Тогда не будем затягивать с оформлением кабальных… Разумеется, я знаю площадь Последнего Циклопа… Да, на колесах… Нет, через двадцать минут, боюсь, даже у меня не получится. Мы слишком далеко от площади – на Северном Проезде у «Улья»… Час это слишком долго.

За полчаса доберемся. До встречи. Отбой.

– А вы везунчики, – продолжил Стумли уже в наш адрес, убирая телефон в карман. – Фермер изъявил желание закабалить вас обоих. Назначил встречу… Да чего я, собственно, повторяю, вы и сами все слышали. Обещал быть на месте через полчаса, нам нужно поторапливаться. Сядьте на стульях ровно, выпрямите спину, положите руки на колени и постарайтесь не шевелиться. Сейчас активирую трансформу.

– А мне так, в пледе, и ехать, – напомнил я о своем несуразном виде.

– Ах да, конечно. Совсем из головы вылетело. Молодец, что напомнил, – запричитал гном, соскакивая со стула и бросаясь к стеллажу за спиной.

– Ты ему напоминаешь, а не он тебе, – шепнул Вопул, перегнувшись, пока гном не видит, через стол. – Хороший знак для человека с дыркой вместо памяти. – Не дожидаясь ответа, вернулся обратно на стул и с отсутствующим видом уставился в потолок.

После этой дурацкой выходки я перестал бояться тролля.

Звероватое лицо больше не внушало отвращение и страх. Желтые клыки ушли на задний план, а на первый выдвинулась широкая от уха до уха улыбка. И глядя на тролля новым просветленным взором, вдруг поймал себя на мысли, что не прочь подружиться с зеленокожим гигантом.

Добравшись до стеллажей, гном надавил на потайной рычаг, и нижняя полка с папками перевернулась вокруг оси, показав свой задник – в виде двух компактных стиральных машин.

Стумли откинул крышки, и вытащил из одной белоснежную рубашку, чудесным образом совершенно сухую и даже как будто глаженную, а из другой черные брюки, тоже сухие и отутюженные.

Оставив стиральные машины, как есть, без маскировки, открытыми, гном вернулся за стол, передал мне одежду, отобрал плед и бросил на диван.

– Нет, не нужно сейчас одеваться, – упредил он мое намерение. – Здесь стесняться некого, садись на стул прям так, в трусах. Оденешься после трансформы, когда тронемся.