Другая сторона

Если бы привидение не была сейчас настолько прозрачной, я готов был поклясться, что она сама была бы белее снега. И ее неестественно спокойный голос был лишь щитом, прикрывавшим нас всех от бушевавших в неупокоенной душе эмоций.

- Знать бы еще, что нам даст это знание, - внешне Ярослав был как всегда вальяжен, но его выдавала дрожь в руках.

Бледная как смерть Иванна молча смотрела в одну точку, и, кажется, просто была где-то не здесь.

На стоящий на столе старый армейский рюкзак, скрывавший в себе голову Кости, мы все старались не смотреть.

На удивление, самой собранной из нас оставалась привидение. 

«Интересно, кем все-таки она была при жизни», - далеко не в первый раз посетила меня мысль. – «Призраки ведь точный слепок исходной личности».

- Шеф, коллеги, мы рано оплакиваем Костю, - Светлана резко развернулась на своем кресле и коснулась прохладной рукой лба каждого из нас. – Нестандартная нечисть, к которой, как ни крути, относится наш бесшеий и, надеюсь, временно безголовый друг, обычно довольно стабильна и малоуязвима.

Сперва нужно понять, что же с ним произошло, где искать остальные части его организма, а потом – задействовать все возможности для их поимки и приведения в стандартный вид. А может быть и сам вернется, кто его знает. Не ждать же.

- Не вернется, - тихо всхлипнула Иванна. – Оттуда не возвращаются.

- Отставить истерику! – то ли от прикосновения Светланы, то ли от ее слов я немного пришел в себя. – Специалист Лирова! Принять двести грамм водки, закусить снотворным и не отсвечивать! Остальные – за работу!

В свой посыл я постарался вложить максимум уверенности в своих силах.

И, похоже, этот посыл сработал – Иванна уставилась мне в глаза, молча кивнула, и пошла к тумбочке, где коллеги хранили свои запасы спиртного.

Спустя пять минут она уже сопела на разложенной предусмотрительным Ярославом в переговорной раскладушке. Я поправил на волшебнице сбившийся плед, и, вздохнув, пошел обратно в общий зал. Нужно было еще готовиться к возвращению Мегуми и Василия.

Вместе с ребятами приехала и Катерина. Выглядела девочка едва ли не хуже остальных. Столь же бледная, а по ее щекам катились тихие злые слезы, почти сразу превращавшиеся в пар. 

- Все мы иногда проигрываем, - я присел рядом с ней, успев попутно взять за руку волчицу, которую била нервная дрожь. – Но это еще не конец. Мы будем драться за нашего друга до тех пор, пока есть надежда. И еще немного после того, как ее не станет.

- Со мной никогда такого не было.