Голос Стаи

— Она ещё не выбрала — подал голос Сирин — девочка отнеси лезвие на алтарь и выбери своего духа.

— Я дам тебе честь, волю и непоколебимость — каркнул Алконост и взлетел паря над алтарём.

— Я дам тебе равновесие, баланс и способность отличать добро ото зла — серый ворон тоже взлетел вверх.

— Я дам тебе свободу и право желать. — чёрный ворон присоединился к своим товарищам

— А какие минусы? — Лола уже поняла как работает мир одарённых. Ничего не дают тут просто так.

— Умная — каркнул чёрный Гамаюн с одобрением- я заберу жертвенность

— Я заберу эгоизм — вторил его тону Алконост

— Я заберу милосердие — таким был ответ Сирина.

Лоле больше всего нравился белый ворон. Алконост всегда помогал ей. Да и его подход был ближе всего. Девушка подошла к алтарю. Он был разделён на три части. Из серого, чёрного и белого камня. Она подняла руку с лезвием, кровь капнула на белый камень, и зашипела , испаряясь.

— тридцать поколений подряд Сорока служила Алконосту. — каркнул Гамаюн мрачно и сел на алтарь — предсказуемо.

— решай обдуманно — произнёс белый ворон, сел на свой сектор алтаря и посмотрел на Лолу — возьми то, чего не достаёт, а не то чего в избытке. Девушка задумалась. Наверное впервые в жизни о том, чего же хочет она сама. Всю свою жизнь она старалась быть как можно незаметнее и доставлять как можно меньше проблем. Но мать... Лола старалась не вспоминать о увиденном в той ванной. Но ужас, боль, разочарование скреблись где-то под ложечкой. Всё что она умела до этого момента — быть удобной.

Огрызаться она стала совсем недавно. Это и есть эгоизм? Что будет если она выберет Алконоста? Она снова станет молчаливой и покорной? Позволит Кириллу отобрать Сороку? Позволит другим одарённыс обидеть её стаю? Не бывать этому!

И Лола с силой вогнала лезвие в чёрный пористый камень алтаря. Вороны переглянулись.

Она не могла позволить себе потерять милосердие. Но она итак слишком многим жертвовала до этого момента. С неё хватит.

— Выбор-рр сделан! — в унисон прокаркали вороны, кровь потекла вверх, по лезвию, формируя рукоять.

Царапина на руке зажила. А последняя капелька крови превратилась в навершие кинжала в виде головы сороки. Лола выдернула кинжал и он лег в руку идеально. Теплая рукоять из черного дерева, серебряная голова птицы и плетение, что плавно переходило в острое лезвие. Потоки воздуха подняли Лолу ввысь и она увидела как на её груди, ровно над солнечным плетением проявляется татуировка в виде сороки.