Голос Стаи

Хочешь? — Лола замотала головой.

— Я тоже не хочу. Вот. Закончил. — Он завязал бинт, как делал всегда, на двойной узел. И отпустил ладонь Лолы. Та, подбадриваемая сочувствующим взглядом Рейки, решила что вправе немного поканючить.

— Но она болит! И чешется! — Лола демонстративно потёрла тыльной стороной ладони о стол.

— Это же хорошо! — улыбнулась бесхитростно Рейка. — Значит, заживает!

«Предательница!» — мрачно подумала Лола, одарив рыжую хмурым взглядом. Та растерянно заморгала, явно не понимая чем её прогневила.

Рейка изо всех сил всю неделю старалась угодить Лоле. Так что девушка рассчитывала на поддержку рыжей и в этом вопросе.

— Я буду беречь. Руку. — Продолжила уговаривать Лола. — Да что это за шишига? Разве боитесь её? — Сафид посмотрел на оранжевоволосую. Та села за стол, взяв в руку одну из немногих уцелевших чашек. Со сколом и отбитой ручкой.

— Это очень сильная нечисть, Лола. — Рейка стала основным источником информации о нечисти в их свежесобранной Стае. Но о шишиге заговорила впервые.

Лола превратилась в слух. Рыжая по взгляду девушки поняла, что не отвертится, вздохнула и продолжила говорить.

— Их ещё кикиморами называют. Люди думали, что шишиги утаскивают жертв под воду или в болото. Но это не совсем так. Эта нечисть сильна тем... — Под звуки мягкого голоса Рейки девушку снова заклонило в сон. Эта постоянная сонливость уже начала раздражать Лолу. Она же выспалась, да и легла вчера рано! Обеденный сон, с недавних пор ставший ежедневным для девушки, всё растягивался, поглощая больше и больше времени суток.

— Они могут переплетать явь с Изгибом, создавая собственные пространства где время течёт как они того хотят. Лола?

— Уснула. — Вздохнул Сафид, касаясь лба девушки. — Засекла время? — Рейка посмотрела на лежащие перед ней смарт-часы Шантары — Прошло два часа после пробуждения.

— Сокращается. — Сафид вздохнул, глядя на Лолу, уснувшую прямо так, на стуле, уронив голову на руки, с горечью и печалью.

— Всё никак ей не скажете? — На кухню вошла Шантара, бросив на одаренных недовольный взгляд.

Лола цеплялась за последние крохи бодрствования, голоса друзей доносились как через мутную плёнку. И в них слышалось беспокойство и глухое отчаяние.

— Сказать что? О том, что ей не следует возвращать память своей матери, потому что её дочь скоро умрёт от истощения? И всем будет лучше так? Шантара, она же ребёнок! Мы итак слишком многое навесили на девочку! — Возмутилась Рейка, становясь между веркуньей и Лолой.