Крысолов, он же Дудочник

Открыл дверь незваному гостю в совершенно  расхристанном виде, из-за его плеча выглядывала неверная жена Данилы.  Это был шок. Скандала никакого не было, Данила тихо развелся, алименты  перечислялись через бухгалтерию. Проще всего было забыть о слушавшимся  раз и навсегда, что он и сделал. Ничем и никем он так никогда и не  поинтересовался. И вот теперь надо найти дочь,  она - единственный  родной человек, кто у него остался на белом свете. Найти и спасти. Но  как? И от чего?Вечер прошел в волнениях, хотелось куда-то бежать, что-то делать.

Спал  он ночью беспокойно, а утром проснулся совершенно больной. До обеда еще  как-то бродил по квартире, а потом, напившись успокоительных и  обезболивающих лекарств, лег в постель.Леночка, прислуга, некоторое время занималась хозяйственными делами, а потом пришла узнать, что готовить на ужин.- Ничего не надо, я не хочу есть.- А Алисе Сергеевне что подать?- Ничего, она здесь больше не живет, ушла навсегда, бросила меня. Как  это все тяжко… Лена, на сегодня дел больше никаких нет, можете идти  домой.- Вы себя плохо чувствуете? Надо ли врачу позвонить? Или «скорую помощь» вызвать? Лекарства какие нужны? Вы только скажите.- Нет, это скоро пройдет, ничего бояться не надо… - он отвернулся и  задремал, а проснулся в три часа ночи. Девушка не ушла, она, неловко  повернув голову, заснула в огромном кресле, на ее коленях лежала  открытая книга. Рядом на тумбочке стоял поднос с набором лекарств,  графин, стакан, на второй полке расположилась тарелка с остывшим ужином. - Это чтобы было все под рукой!Данила некоторое время разглядывал ее, потом решил немного поесть. Он неловко сел, кровать заскрипела, девушка проснулась.- Как вы себя чувствуете? Лучше?- Да, а почему вы не ушли?- Как же я могла? Вдруг что-то случиться? Я буду рядом, помогу.Он потряс головой, затем нерешительно предложил: - Ложись ко мне под  бочок, в кресле же неудобно спать, шею сведет, спина заболит, а здесь  тесновато, но на двоих места хватит. Немного подумав, она выключила светильник, разделась и прилегла рядом с ним.- Знаешь, это все так мучительно больно, а что делать я не знаю… - он  обнял ее, уткнулся лицом в шею. И с удивлением услышал сдавленное  хрюканье, потом по ее щеке побежали слезы, - ну что ты, ну что ты! Зачем  плакать?Утешая, он поцеловал ее в щеку, потом в ушко, это явно помогло.