Крысолов, он же Дудочник

Узнав о неимоверной глупости Германа и о том, что особняк остался  практически без охраны, он, недолго думая, ночью залез и взял то, что по  праву принадлежало ему, было заработано им. А что потеряно, уже не  вернешь.

Он по-прежнему работал в фирме, когда-то принадлежавшей ему, охранником,  а причина была одна. Петр хотел быть в курсе всех новостей. Он понимал,  что вернувшийся из-за границы сын заинтересуется: а что собственно  происходит? И вот тогда он все ему расскажет.

Объяснять что произошло  глупо, никто в это  не поверит и Петр нашел ловкий выход. Он написал  письмо сыну, объяснил, что он, Герман, друг отца и многим ему обязан.  Кроме того, должен ему крупную сумму денег, но отдать желает именно ему,  сыну Петра, так как если отдаст деньги сейчас и в руки жадной жены  отца, то они пропадут.

Через восемь месяцев после странных событий возле магазина, сын Павел  вернулся домой. Строго говоря, в никуда, так как дома у него не было, а  отец его просто не узнал и не принял.

И тогда Павел решил встретиться с  его другом и все точно разузнать.

Петр первую, непонятную часть истории рассказывать не стал, а сказал,  что отец сошел с ума, а Афанасий и компания не преминули этим  воспользоваться, ограбили бедолагу, мало того, за ним числиться еще  долг.

- А кто конкретно этим занимался?

- Сам Афанасий, Алексей Петрович, юрист и Антонина Ивановна, главный  бухгалтер.

Те еще проходимцы. Леночка, секретарь, пред уходом  скопировала все подписанные документы, потом продала мне их за небольшую  сумму, кстати, и объяснила все произошедшее. Можешь полистать, чтение  увлекательное.

- Вот значит как… - Павел глубоко задумался и надолго замолчал. Петр  рассматривал сына. Тот уезжал десять лет назад на учебу за границу  наивным, бестолковым мальчиком, теперь же перед ним сидел матерый,  жесткий и жестокий волк, способный на все.

- Спасибо, что сделали это для меня. А насчет вашего долга – что?

Без всяких объяснений Петр отдал ему большую часть всех своих средств.

- Так много? Не жалко отдавать? Я так понял, об этом долге никто не знает, а, следовательно, и потребовать некому.

- Нет, не жалко. Отец умирает, значит, это деньги твои.

- Ну, хорошо. Я так понял, вы в курсе всего происходящего, знаете больше, чем кто-либо.