Без образа и подобия. Рассказы

Работы накопилось столько, что к вечеру, что сил хватило лишь пожевать бутербродов с чаем и добрести до постели. Маша, как ни странно, прониклась серьезностью момента и не ныла.

На следующее утро Светлан все еще возился с движком генератора, техника почему-то упорно не желала заводиться. Он настолько увлекся, что не услышал легких шагов за спиной и потому вздрогнул от звонкого голоса дочери:

- Папа, к тебе дядя Иван пришел!

Чертыхнувшись, Светлан обернулся. Рядом с Машкой стоял высокий плотный мужчина, одетый в джинсы и легкую куртку.

Обманчиво-грузный, бородатый, слегка похожий на медведя лесовик казался по сравнению с одетой в городское платье девочкой выходцем из другого мира, равнодушного к благам цивилизации. Он широко улыбался, точнее говоря, скалился, глядя на покрасневшего Светлана.

- Что, совсем нюх потерял? Топота не заметил?

- Увлекся я. Здравствуй, дядя Иван.

- Угу, увлекся. Говорил я тебе, уезжай из города, добром дело не кончится, - старший мужчина перестал улыбаться и покосился на ребенка.

Машка с восхищением разглядывала широкий нож, висящий у него на поясе.

- Маша, скажи маме, пусть обед на четверых готовит.

- Ага.

- Прямо сейчас.

- Ладно.

Светлан проводил взглядом умчавшуюся дочь и обернулся к присевшему на бревно Ивану. Тот морщил нос, разглядывая разложенные на газетке детали.

- Ну и вонища. Как ты можешь все время городе жить, не понимаю.

- Дело привычки. Прости, что приехал, не предупредив.

- Когда б ты успел? Арман сказал, ты в последнюю минуту удрал.

- Он знает?

- Конечно знает, – хмыкнул старший. – Ты ж в нашей песочнице величина. Позвонил бы ему, никуда ехать не пришлось.

- Сам справлюсь, – Светлан упрямо наклонил голову. Его собеседник еще раз хмыкнул.

- Ну да, ну да. Ты ж у нас самостоятельный. Родне весточек не передаешь, на охоту один ходишь. Твой дед мне звонил, спрашивал, собираешься ты возвращаться или нет. Поговори с ним, старик зла в сердце не держит.

- Правда? Я когда уходил, он мне много чего сказал.

- Так и выслушал немало, – в открытую рассмеялся Иван. – Любит он тебя. И ценит. Глотки рвать дело нехитрое, каждый может, иное дело головой работать. Деду твоему немного осталось, скоро уйдет. Потому и хочет тебя вернуть, что среди молодых никто другой думать, как ты, не умеет, и норов свой в узде держать не привычны.

- Ты еще скажи, он меня вожаком назначит, наследником своим, – фыркнул Светлан.

И сразу полетел на землю от практически незаметной оплеухи.