Нарушение обычая

Место убийства охраняло несколько конюхов с собаками. Псы, чувствуя кровь и смерть, поджимали хвосты и волновались. 

Жестом приказав всем оставаться на местах, инспектор осторожно прошелся по вытоптанной траве. Дерн местами был взрыт копытами, трава оставалась помятой, не до конца распрямившись, кое-где еще сохранились следы крови и клочки шерсти. Особенно много их было в ближайших кустах – там на обломках веток даже виднелись обрывки шкуры. 

Он осторожно шагами измерил расстояние, поцокал языком, потом несколько раз обошел куст, внимательно всматриваясь в истоптанную землю.

- Тело нашли здесь? 

- Да, - со своего места откликнулся граф. – Вы закончили? Я могу приказать убрать тут все это безобразие? Дело в том, что сюда выходят окна спальни моей дочери… 

- Вот как? – инспектор выпрямился, до этого внимательно рассматривая поломанный куст. – Надеюсь, девочка не испугалась? Наверное, было шумно… - он поднял голову, посмотрел на стену. На светло-желтой штукатурке виднелись следы когтей.

- Почти всегда. Милица…особенная, - хозяин дома выговорил это слово с неохотой. 

- Значит, она могла все слышать и даже видеть? Представляю, какое это зрелище для ребенка! 

Ее отец скрипнул зубами.

- Что? – инспектор мигом изобразил вежливое любопытство.

- Моя дочь – {особенная}, - повторил граф. – Она не испугалась. Просто… приняла все, как есть.

- Вот как? Я могу с нею побеседовать?

- Нет. Милица особенная, но она ребёнок. И моя дочь. Я запрещаю.

Инспектор ничего не сказал на это заявление, только пожал плечами. Граф Голдо, как один из советников императора, имел определенный вес в государстве и имел полное право диктовать свои условия даже сейчас, когда от его действий может зависеть безопасность семьи.

- Значит, их было двое, - помолчав, сделал он вывод. – Один – здесь, другой – там. Оба мертвы… Я бы хотел побеседовать с тем, кто сделал все это, - он  указал на следы, - с одним из нападавших.

- Нет ничего проще. Пройдемте в конюшню. 

Холодный Туман сидел на полу в углу денника, обхватив колени руками и упираясь короной в стену. Конечно, ничего не стоило попытаться разбить дощатую перегородку и вырваться на свободу, но какой в этом смысл? Выбравшись из денника, он окажется заперт в конюшне и будет без толку метаться по проходу, пугая лошадей.